Книга В аду нам не рады, страница 129 – Сергей Жарковский

В десятых годах я работал над сериалом «Зона». Тема была интересная, это было за несколько лет до крымских санкций, до капустинского Меморандума Путина, так что и деньги были хорошие, и сериал снялся довольно быстро. Тут мне хочется передать привет художнику Андрееву, работать было одно удовольствие с ним, и что-то мы давно не виделись.

С действительностью сериал почти не соотносился. Газовый метеорит, да, газ особого типа, мутации, попытка мутантов захватить мир, охотничья боёвка. Ведь действительно на Земле никто ничего толком не знал про происходящее. Мы сделали что-то настолько далёкое, что даже никого из бедован не оскорбили. (Тогда, сейчас уже плохо помнят люди, было модно оскорбляться чувствами. По произвольному поводу.) Шугпшуйц, нашедший меня в двухтысячных ещё в ЖЖ, писал, что Беженск ржёт над каждой серией и пари заключает.

(С другой стороны, в свою пользу замечу, что совсем уж не в курсе я не был: я был знаком с юности со многими т.н. фэнами, профессиональными любителями фантастики, что-то вроде кээспэшников и туристов, только добрее, так вот, эти фэны в Предзонье в девяностые очень стремились (Зона Стругацких материализовалась, а от нас скрывают) и некоторые таки за забор проникали. А потом возвращались. В девяностые и в самом начале двухтысячных это было вполне осуществимо. Кроме того, на заметной должности в беженском Институте почти два года работал Владимир Иванович Савченко, писатель-фантаст высокого класса, это было совершенно достоверно известно.

В общем, что-то до меня доходило, и я старался никого не задеть. Не из боязни иска или мордобоя, а просто потому что — зачем? Фантастика не может быть ядовита.)

Прошли годы, десятилетия, и вот в прошлом 2035 году ко мне подошёл в одном ресторанчике очень просто одетый дядя, поздоровался по-русски, и я вдруг его узнал. Очень известный в девяностых и двухтысячных «новый русский», предприниматель, свернувший в России бизнес после первых громких посадок в процессе «равноудаления», и благополучно сваливший в Большой Мир. Благотворитель, бонвиван, учредитель ряда весьма значительных научных премий. Генагульчин Геннадий Микаэлович, группа компаний «Релиз».

Он, оказывается, узнал меня тоже. И подошёл, «подчиняясь порыву», как он выразился.

Время у меня было, у него его было ещё больше, и мы поговорили. Если быть точным, говорил, в основном, он, а я, отвесивши челюсть, слушал, не пропуская ни малейшего слова. Похожее состояние у меня было в глубокой юности, когда в 1983 году молодой Александр Бушков мне два часа рассказывал наизусть так и не написанный им роман «Как А.Бушков редактировал газету «Кузькина мать» в Древней Руси».

Это было захватывающе. Я не завистлив, но я позавидовал.

Выслушав Геннадия Микаэловича, я спросил, почему он вдруг решил мне открыться. У меня были предположения, и в одном из них я оказался прав: после шока 2034 года, когда Зона выбралась за Периметр и Весь Мир Узнал, таиться смысла не было, а никаких претензий к нему предъявить никто не сможет — ведь он не садился 28 декабря 1988 года в поезд 605 дробь 38. Это он всё придумал, и, встретив симпатичного ему фантаста, автора «Зоны» и «Сюжета для небольшой эпопеи», отвёл душу. Поговорил. П-побеседовал. (Он немного заикается.) Далее (тут я напрягся) ему было известно, что сибирский «Фобос» заказал мне роман о генерале Малоросликове. Я не стал выяснять, откуда была утечка. Миллиардер есть миллиардер. Они утечки вытягивают, как свежая печень яд из змеиного укуса.