Книга Расслоение, страница 130 – Nezloi

Проворчал отец, стоящий всего в нескольких шагах от великана, без малейшего признака страха.

— Тебя как зовут, здоровяк?

Мой вопрос поставил рыжего в тупик. Как оказалось, концепции имён для него вообще не существовало, пока система не загрузила ему в мозг русский язык, кстати, свой язык у гигантопитеков едва ли насчитывал два десятка слов.

Видя затруднения громилы, почесал в затылке и придумал ему имя.

— Будешь Волосатый Аго или просто Аго.

— Аго! Я Аго!

Прорычал гигант, потрясая своими бревнообразными руками.

Пока ученные мучали анализами и вопросами Волосатого в дальнем углу зала, президент с так и оставшимися для меня безымянными чиновниками решили продолжить вытаскивать людей из «воздуха».

Второй ход принёс Хань Юй, симпатичную девушку на вид лет двадцати, зато по «паспорту», крепко за тридцать, если быть точным, тридцать шесть. Родилась красотка в Фушане в провинции Гуандун, по сути оказавшись землячкой Волосатого Аго. Кстати, умерла женщина в тысяча восемьсот сороковом году от передоза опиумом.

«Кто бы мог подумать, такая симпатяжка, а наркоманка».

Но самое примечательное в ней было то, что она являлась мастером Тайцзицюань, причём её отец, также известный мастер, даже имел свою школу в Фушане.

Одета девушка была в какую-то длинную черную рубаху с рукавами с золотой вышивкой на вороте и обшлагах рукавов. Чёрные широкие штаны, явно часть костюма, и легкие тканевые тапочки с тонкой подошвой.

Не стал затягивать перенос китаянки в реальность, мысленно вытянул ее в реальность. Ростом Хань Юй была чуть ниже одного метра шестидесяти сантиметров, но, несмотря на свой невеликий рост, физиономию имела до крайности высокомерную.

С нескрываемым любопытством наблюдал, как изменяется её лицо по мере осознания, где она и в каком теперь статусе.

Миг спустя её миловидное восточное личико исказила гримаса ярости, пронзительно закричав, бросилась на меня, судя по положению ног, собираясь атаковать серией ударов рук. Но буквально в паре шагов вдруг остановилась, схватилась обеими руками за голову и упала на пол и забилась, словно рыба выброшенная на берег.

«А вот и система безопасности от агрессивных миньонов».

Тихо подвывая, китаянка продолжала корчиться на полу, собравшиеся в зале, с любопытством за ней наблюдали.

— Полагаю, так действует запрет на причинение вреда своему создателю?

Поинтересовался один из чиновников.

— Простите меня, господин!

На одной ноте провыла Хань и обмочилась.

— Я прощаю тебя.

"Хм, прикольно".

Лицо женщины мгновенно разгладилось, блаженная улыбка выползла на её губы.

— Неплохой способ контроля.

Похвалил меня тот же чиновник.

— Это только малая часть. Любой мой приказ для них имеет силу закона, и отказаться выполнять или саботировать его просто не могут.

Мужчина покивал чему-то, довольно улыбаясь.

— Очень перспективно.

Больше никого призывать я не стал, сославшись, что у меня не хватает энергии на призыв людей, но могу «выдернуть» пару случайных вещей.

Мне милостиво разрешили развлечь власть имеющих, правда, перед этим троица учённых, попытались в очередной раз обклеить меня датчиками и прочей аппаратурой, отец отогнал их, напомнив, что он сам по себе лучше любой техники, и уж если даже он не уловил никаких отклонений, то уж они со своей бесполезной электроникой тем более ничего не найдут.