Книга Расслоение, страница 260 – Nezloi

После чего, разграбив несколько особняков и разбив пару особо тупых голов, военные снялись и исчезли на просторах столицы. Оставшиеся быстро сообразили, что не пройдёт и недели, как слухи о беззащитном и при этом очень богатом посёлке разлетятся по всей округе. В итоге, после недолгих споров, жители организовались и сформировали что‑то вроде дружины — благо с оружием и боеприпасами проблем не было. Конечно же, не обошлось и без небольшой войнушки, в которой «буржуи» за счёт лучшего вооружения уверенно разгромили «пролетариат». Сейчас всё было более‑менее спокойно, если не считать подкрадывающегося призрака голода и бушующего энергетического кризиса.

— Один бог знает, как зиму переживём, — устало пожаловался бывший миллионер.

Наш дом уцелел. Конечно, без лёгкого грабежа не обошлось, но перед отъездом всё, что с собой забрать не смогли, было спрятано в катакомбах под особняком, которые отец скромно назвал подвалом.

Естественно, в подвал просто так проникнуть было невозможно: сейфовая дверь надёжно берегла хозяйское добро.

Конечно же в закромах отца, имелся небольшой запас продуктов, воды и горючего для генераторов, но его явно не хватило бы на зиму для всей семьи.

Пару часов мы с отцом провозились с расконсервацией подвала и запуском генератора из экономии электричество, как и отопление, подавалось только в три жилые комнаты и кухню.

После ревизии оставшихся запасов стало окончательно ясно, что зима будет тяжёлой и крайне голодной.

— Пап, нужно к Иванову уходить, — рубанул я за ужином, на котором собралась вся семья.

Лазарь недовольно сдвинул брови и помрачнел, а я, приободрённый его молчанием, продолжил:

— У него шикарный отель в центре города до сих пор функционирует, как в старые времена. С едой вообще проблем нет. Как и с безопасностью — ну, ты сам знаешь о его технологиях.

Отец долго не отвечал, и я уже начал думать, что он просто проигнорировал меня.

— Он мне не доверяет, — ровным тоном произнёс отец.

— Во время нашей личной встречи он вместо себя прислал какого‑то робота — своего полного двойника.

— Ты что, хотел его «законтролить»?!

— Да. Была у меня такая мысль. Согласись: имея его технологии и ресурсы, мы бы сейчас не думали, как пережить зиму!

Подавив рвущееся из меня желание отматерить отца, шумно выдохнул.

— Пап, ты же понимаешь, что через несколько месяцев мы реально начнём голодать!

— Что ты предлагаешь?! — зло бросил отец, сверля меня бешеным взглядом.

— Я поеду к нему и попрошу какую‑нибудь работу. Расстались мы вроде неплохо. Я даже предупреждал его о ядерных плюхах.

Глядя на угрюмое лицо отца, я думал, что он запретит мне, но вместо жёсткого и бескомпромиссного запрета он тяжело вылез из‑за стола и, сгорбившись, вышел из столовой.

«Будем считать, что это было „да“», — пробормотал я.

Мама печально вздохнула и промолчала. Несмотря на свой максимальный ранг силы паранорма, она всю жизнь жила в тени отца.

— Спасибо, мамуля, — чмокнув маму в щёку, я выбрался из‑за стола и пошёл в свою неотапливаемую комнату — наконец‑то разобрать вещи и спланировать поход в центр Москвы.

Это раньше, даже с учётом всех пробок, до центра можно было добраться за два‑три часа. Сейчас мне предстоял экстремальный пеший турпоход по районам, занятым бандами и озлобленными голодающими людьми.