Книга Псы и чародеи. Книга 1, страница 71 – Наталья Резанова

Занятия эти сами по себе тягомотные, так еще требуют точных расчетов. Но лучше уж напрягать мозги над текущим обменным курсом, чем слушать тот бред, который несет ученый Горонви. А тем паче – наблюдать за ним. Стыдно признаваться в подобной слабости, но это так.

* * *

Ну, у Горонви нашлись слушатели, и весьма внимательные. В первую очередь – его светлость. Князь, несколько отойдя от приступа гнева – да и то сказать, времени прошло немало, – также пожелал узнать причину ареста Кери. Жалкое ее состояние и сломленный вид его не смутили, а объяснения показались достойными того, чтобы выслушать.

— Как я уж говорил вашей светлости – или не говорил? – обладание магическим даром является врожденным. Но настоящую мощь дает способность черпать магическую энергию из внешних источников. Вот почему самым страшным наказанием для магов прежних времен была не смерть, но изгнание в иные миры. Там они теряли свой дар – частично или полностью, ибо магическая сила, растворенная в нашем мире, там отсутствовала.

— А затем она начала утекать и из нашего мира, – припомнил князь уроки Горонви.

— Верно. Но она еще здесь. И существо темное, дикое, но одаренное некими начатками дара, соприкоснувшись с таким источником, может причинить страшные разрушения.

— Ты об этой? Тогда она должна умереть. Так же как ее сообщник.

— Тоже верно. Только…

— Что значит «только»? Уж не перечить ли ты мне вздумал?

— Ни в коей мере. – Горонви и в самом деле не собирался спорить с князем. Эти двое должны умереть. Но девка, кажется, в самом деле любила своего сожителя – в бреду, под пытками она повторяла его имя. А смерть любимого человека способна разбудить глубоко загнанный магический дар. Как это произошло с Астарени. Значит, выход один. – Она должна умереть раньше него.

— Хм. Умно. Женщина была ему дороже господина, дороже закона, которому он служил, – так пусть посмотрит, как она умирает! Сейчас, пожалуй, не стоит ее больше допрашивать, а на том помосте пусть помучается как подобает. О Семеро, как жаль, что этот новый палач столь туп и неопытен. А подлинный мастер будет там… в качестве совершенно ином.

— Ничего, ваша светлость. Быть может, я смогу подсказать кое-что новому мастеру. Читал некоторые книги по истории вопроса…

— Неужто маги интересуются подобными материями?

— Всякое бывает, ваша светлость. Говорят, при императоре Дагде Благочестивом, когда истребляли мудрецов, одного из них было приказано сжечь, завернув в мокрую шерсть, чтоб горел он как можно медленней. Мучения его были столь ужасны, что палач не выдержал этого зрелища и сам бросился в костер. Так вот, государь, я в это не верю. Не бывает таких палачей. А если кто так поступит, тот уже не палач, а жертва, к жертве же отношение соответственное.

Из темного угла, из-за остывшей жаровни, таращился на Горонви еще один внимательный слушатель – Хусса, новый главный мастер-палач.

Амфитеатр расчистили к середине осени. Полные работы по восстановлению древней постройки заняли бы годы. Но Горонви убедил его светлость тех лет не дожидаться, а отметить открытие достопримечательности публичной казнью. В самом деле, не хватит ли по-варварски лишать жизни посреди города? Вот и Фиахра то же говорит. Те, кто жаждут подобных зрелищ, доберутся в предгорья.