Книга Гибнущий мир, страница 108 – Карина Крылова, Александр Ситнов

Квинт шел вперед, напевая грустную мелодию, которую последнее время так часто вспоминал. Он слышал ее дважды – и дважды после этого получил суровый урок от газдаладца, но мотив ему как будто даже нравился своей таинственностью.

Квинт уже подошел к мраморному балкону, когда почувствовал удар по ногам и, завалившись, некрасиво растянулся на земле. Песок вмиг облепил все его мокрое от пота тело, злость стремительно вскипела бурлящим потоком. Квинт вскочил и без раздумий врезал ухмыляющемуся Чету, сбивая с ног. Он ничуть не сомневался, что эта мелочная детская выходка – его рук дело.

Сначала Чет сопротивлялся, но Квинт бил по болевым точкам метко и достаточно сильно, чтобы соперник потерял всякую волю и не попытался дать сдачи. Чету ничего не оставалось, кроме как свернуться, пытаясь от него закрыться.

Квинт почувствовал, как его сдернули с противника, оттаскивая подальше. Он все еще тяжело дышал, когда скинул с себя руку Марона, ничуть не заботясь об уставе, что лишь совсем недавно заучил до конца.

— Успокойся! – Марон стиснул его плечо с такой силой, что, Квинт мог поклясться, было слышно, как трещит его кость. – Что на тебя нашло?

— Это ты у него спроси! – Квинт предпринял еще одну попытку вырваться, но его крепко удерживали на месте.

— Сегодня он вряд ли что-то сможет сказать. – Тихий голос капитана раздался у правого уха Квинта.

Злость разом куда-то улетучилась, оставив после себя непонятно откуда взявшуюся горечь. Ему было неуютно от того, что на него все смотрят, словно он сумасшедший, не умеющий держать себя в руках сопляк. Отчасти это было правдой, но Чет напросился и совершенно справедливо получил за это по ухмыляющейся роже.

— Что произошло, кадет? – холодно спросил капитан.

Квинт поколебался, прежде чем поднять голову и, собравшись с духом, повернуться к старшему по званию. Краем глаза он заметил стоящего рядом с ним лаэта с веером в руках. Он поприветствовал их согласно уставу, но отвечать на вопрос не спешил.

— Я не люблю ждать, кадет. Ты знаешь, какое наказание следует за нарушение правил?

Квинт кивнул.

— Исключение, капитан.

От этих слов он ощутил, как просыпается внутри страх, и порыв ударить Чета теперь не казался таким уж правильным. Квинт сжал кулаки и опустил голову. Сделанного не воротишь. Но у него хотя бы осталась гордость, чтобы не начать лить слезы прямо сейчас. Может быть, потом, когда он пойдет колотить стену от злости на себя и на этого недоумка.

— Если знаешь, зачем ударил? Марон недостаточно хороший наставник, раз допустил такое в своем отряде?

Квинт вскинул голову, впиваясь взглядом в капитана, – судя по его лицу, он говорил вполне серьезно, и за провинность Квинта могли наказать и инструктора.

— Я виноват, капитан, не сдержал злости. Но наставник тут ни при чем…

— Это не тебе решать, – прервал его капитан, делая шаг навстречу. – Ты будешь исключен, а Марон наказан. Есть возражения?

Руки у Квинта задрожали. Он захотел ударить и капитана, но сдерживал себя из последних сил. Однако промолчать он все же не смог:

— Это несправедливо! Наставник ничего не сделал! Если хотите кого-то наказать, то моего исключения вполне…

— Молчать! – рявкнул капитан. – Ты уже достаточно наговорил, кадет. Если не хочешь отправиться под трибунал, а заодно захватить с собой и Марона, то не продолжай, что бы ты там ни хотел сказать.