Книга Последний берег, страница 40 – Олег Плескач

— А ты нас, — ответил Влад, — иначе карту не найдёшь.

Крюков ответил на удивление спокойно.

— Да и плевать — переживу как-нибудь. Если не мне, так никому. На что ты вообще рассчитывал, когда из-за стола вскочил?

В спор вмешался Кирилл.

— Откуда про собаку знаешь? — процедил он.

— Источники сообщили, — ответил Крюков и хлопнул в ладоши.

Раздался глухой стук, Влад схватился за голову и повалился на пол. За ним стоял наконец отделившийся от стены боец в маске.

— Хорошо, — сказал хозяин и съел еще один кусок оленины, — молодец, лейтенант Крюкова.

Боец, огревший парня прикладом по голове, снял маску.

На пленных гостей смотрела девушка с ружьем наперевес. Максиму она показалась знакомой.

— Танька! — раздался крик Бори, — Ты!

Подруга дяди Вовы подошла к Борису и улыбнулась.

— Привет, Боря. Только давай безо всяких там…

— В смысле «привет, Боря» — крикнул Боря, — ты что, с ним заодно?

С пола, пошатываясь, поднялся Влад. Тоже улыбнулся.

— Да, Боря, — ответил он, передразнивая Танин голос, — она с ним заодно, так что давай безо всяких там.

Таня подошла к Крюкову и что-то прошептала ему на ухо.

— Ясно! — заявил Крюк, — обыскать всех еще раз. Все их вещи, всё барахло, каждую нитку прощупать! Потом всех в трюм.

— Тварь! — прошипел Боря, глядя на Таню, — после всего, что…

— После чего? — поднял брови Крюков.

— После всего, что они сделали, ты им помогаешь! — сокрушался Боря.

Таня улыбнулась.

— А что мы сделали? — улыбнулся вместе с ней Крюков, — дочка, а что мы сделали?

Таня пересказала свою печальную легенду о плене, побеге, спасении Петровичем. То, что дядя Вова рассказал ребятам за столом. Крюков дослушал и хохотнул.

— Ну, даёшь! Вот, кому книжки-то писать, а не тебе, — он посмотрел на Максима с жалостью и презрением.

— Зачем это всё нужно было? — спросил Максим, — ты шпионила за Петровичем? Зачем?

— Потому что он знает больше, чем должен, — отрезал Крюков, — не твоё дело.

— А десять лет назад ей сколько лет было? — осведомился Максим, вспоминая прошлое, — Значит, ты взял с собой на борт маленького ребенка. Грубое наруше…

Сильный удар не дал договорить. Давно Максим не получал по физиономии — уже забыл, что это больно. Но бодрит и даже заставляет задуматься.

Поднимаясь и потирая горящую щеку, Максим краем глаза заметил, как Таня листает его тетрадь. В какой-то момент по ее лицу даже пробежала улыбка.

«Обыскать их! — раздался приказ Крюкова — и в трюм!»

Обыск длился долго — одним похлопыванием по бокам на этот раз не обошлось — друзей отвели вниз, раздели до нитки и прощупали всю их одежду и обувь, вывернули их рюкзаки — карты не было. Всей страже приказали удалиться. Лишних глаз не надо — лишь сам бугор, Жорик Метла и двое бойцов.

— Реально, что ли, скинули карту? — недоумевал Крюков.

Все четверо друзей молчали.

— Но как бы они шли без карты? — спросил один из бойцов, — может, реально потеряли.

Жорик, уже оправившийся от удара пистолетом по голове, осмотрел пленных и прищурился.

— Были на зоне такие почтальоны, — сказал он, — бомбовозами звались. Почту носили в себе.

Пленники побледнели.

— Да брось ты, — фыркнул Крюков, — у них на такое мозгов не хватит.

— У Петровича хватит, — заметил Жора.

— Отставить, — приказал Крюков, — ‘то не в их духе. Я Петровича побольше тебя знаю. Точно все их вещи досмотрели?