Книга Сахарок, или Все наоборот, страница 50 – Марина Бастрикова

— Припаркуйте машину и зайдите затем заполнить документы, – сказала и поспешила за уже убежавшими коллегами с Вениамином на щите. Ребенок, увидев, что отец скрылся из виду, не выдержал и заревел.

Я уже сама подошла к нему и уже знакомым движением погладила по голове, приговаривая то, что, наверное, хотела бы услышать от своего отца по поводу Али:

— Ты молодец. Ты справился. Так крепко держался и помог. Спасибо.

Но, видимо, что-то сказала не так, так как пацан заревел еще громче и прижался слишком сильно, сдавив своими ручонками мой живот.

Еще немного погладив ребенка по голове, я отстранила его и сказала сесть в машину, открыв ему водительское сиденье. Но где же второй ребенок? Тот светловолосый, что убежал звать спасателей?

Я подошла к скорой, у которой как раз и курили врачи, там остался стоять водитель, оказавшийся, как и ожидалось, не при деле. Он же и подсказал, в какую сторону убежал мальчишка. Как искать мелкого пацана – не представляла, но мне помог какой-то шум, на его звук и пошла. По аллее обогнула дорогу, по которой ехала, и вернулась к свернутому мною же шлагбауму. Его-то мальчишка и пинал.

Я не знала, как начать разговор. Можно было бы просто позвать его с собой, но после обвинений в убийстве он вряд ли согласится меня слушать. Потому я постояла-постояла и тоже начала пинать упавший шлагбаум. Хоть что-то пусть будет за те деньги-то, что я за него вскоре заплачу.

Поиграв немного в футбол шлагбаумом, мы увлеклись и чуть не поранили друг друга. Когда я после очередного пинка с трудом удержалась на каблуках, мальчишка не выдержал и усмехнулся, посмотрев на меня с легким налетом превосходства. Кажется, теперь ему слабо верилось, что такое нелепое создание, как я, могло кого-то там убить. И уж точно не является угрозой ему самому.

— Пошли, – сказал он мне, вздохнув.

Я, конечно, не люблю командный голос, но ведь я именно этого и добивалась – чтобы мы вместе вернулись к машине, верно? Но, гадство, что сын, что отец, умеют выворачивать все так, что, даже будучи инициатором и той, кто должна главенствовать, я оказываюсь в подчиненной роли. А они, такие все тихие и милые, вдруг главкомандиры!

Вздохнула и пнула шлагбаум последний раз. И именно в этот раз неудачно попала по коже и немного ее скосила.

— Ш-ш-ш, – зашипела, инстинктивно схватившись за пострадавшую конечность.

Конечно, прыгать на одной ноге, когда на ней шпилька, оказалось плохой идеей, и я чуть не свалилась на асфальт, но меня придержал подбежавший малец. Это насколько же я мелкая, что даже ребенок удержал мою тушку? Посмотрела туда, куда должна была упасть, и похолодела. Там лежал покореженный шлагбаум, после падения на который меня точно бы пришлось зашивать.

— Спасибо, – выдавила из себя.

Мальчик вздохнул, как будто это я была ребенком. И это на него взвалили ношу по успокоению (или скорее упокоению, судя по моим успехам).

— Извини, что так… случилось, – выдавила из себя с трудом.

— Да я сам виноват во всем. Это по моим делам мы шли, папа вообще на работе должен был находиться, – говорил мальчик, ведя меня под руку.

Правда, он так крепко вцепился в мое предплечье, что я уже не понимала, он настолько боится моего повторного падения или просто перенервничал и у него пальцы заклинило. А свою речь он закончил уже более высоким тоном голоса: