Книга Сахарок, или Все наоборот, страница 67 – Марина Бастрикова

Бывший водитель скорой как никто знал, как опасны и часты ДТП. Я махнула рукой, показывая, что все живы, но рассказывать сейчас не буду. Дядька Гришка понял, но все равно заботливо осмотрел меня, стоило мне выйти.

А ведь он мне даже не родственник. Просто я живу в этом доме с детства, отчего и привыкла его так называть. Естественно, когда я искала, какую квартиру взять в ипотеку, я сразу ухватилась за квартиру в привычном районе. Пусть с родными у меня не сложилось, зато соседи были у меня такие, что круче любой семьи. Вот так иногда в жизни бывает, что соседи ближе родных.

— Вы голодные? – спросила у мальчиков и после чуть не стукнув себя по лбу, ведь наверняка голодные, я же дяде Грише их вручила позавтракавших только, а уже время ужина.

Старик вряд ли мальчиков покормил, его самого приходилось кормить, он постоянно об этом то забывал, то ленился. Раньше готовила только его жена, а он катался как сыр в масле.

— Да, нас баба Маша такими вкусными пирожками накормила! – сказал Саша, удивив меня ответом.

— Ага, он бедную женщину объел, – сказал Паша, чему-то хмурясь.

— Благодаря этим сорванцам жена снова меня пустила, – сказал дядя Гриша, обняв Пашу сзади. – Так что вы мой брак спасли, а не объели.

Затем старик опустил руки ниже и, подхватив парнишку, сцепив руки на его груди, приподнял, засмеявшись. Паша вторил ему хохотом.

Я улыбнулась, так как знала, что никто на самом деле дядьку Гришку не выгонял. Конечно, не раз многое говорилось в сердцах, но сама тетя Маша никогда не запрещала ему приходить. Просто дядька Гриша обидчивый, да и алкоголик, чего уж там. Вот с женой они нормально общаться уже и разучились. Дяде Грише проще было жить бомжом, чем пойти к жене, которая «пилила мозги».

А приняла муженька с пирогами и распростертыми объятьями она наверняка действительно из-за детей, любила она детвору. Ну и то, что дядя Гриша сегодня трезв, думаю, тоже сыграло роль.

Филька вбежал в гараж и затявкал, то ли изображая спасение Паши от старика, то ли присоединяясь к игре дяди Гриши. Наконец Паша вырвался из рук и, хохоча, выбежал наружу.

Я улыбнулась, думая, что у этих ребят надо учиться жизни. Их отец в больнице, а они продолжают жить. Кажется, я поняла, о чем говорила Аля, что я и не живу вовсе, зациклившись на сестре и, как итог, живя ее жизнью, а не своей.

Надо будет обязательно познакомить ее с этими сорванцами, они явно из одного теста, такие же жизнелюбивые.

Я вышла из гаража и замерла в недоумении, Паша поднял шланг и лил себе воду прямо в рот. И пил, пил, пил. Я в недоумении сделала шаг, так как перестала верить своему ощущению времени. Ребенок пил подозрительно много и долго. Это ненормально!

Паша заметил меня и, растерявшись, уронил шланг и покраснел. Ему явно было неловко, и я не стала ни о чем спрашивать. Сама знаю, как неприятно, когда тебя ловят на твоей слабости, а потом выпытывают о ней подробности.

Да и что в этом такого? Напрыгался, набегался, набесился, вот жажда у ребенка и проснулась.

С детьми мы сходили вначале в магазин, где они накидали мне в тележку столько дорогой ерунды! Но я была удивительно благодушно настроена и все оплатила. Во-первых, с Вениамином будет все хорошо, насколько я поняла. Во-вторых, невозможно ходить угрюмой с этими дикими сорванцами, которые каждым своим движением олицетворяли источник жизни, напоминая встречи с Алей десять лет назад. В-третьих, кажется, я не заболела, так как сейчас чувствовала себя прекрасно. Неужели сестра была права, что у меня бывает температура из-за стресса? Она несколько раз озвучивала дикое предположение, что я должна позволять себе плакать и жить, а не закрываться или пытаться все на себе вывозить. Кажется, впервые у меня закрались сомнения, неужели зерно правды в ее этих антинаучных высказываниях все же есть?