Книга Тень отступника, страница 129 – Артём Гармашов

Если у меня получится — я вернусь. Впустишь ли ты меня — решишь сама.

Ждать меня не прошу».

Нар'миир долго смотрел на последнюю строку.

Потом снова обмакнул перо. На кончике собралась густая тёмная капля.

«Я любил тебя со дня нашей первой встречи. Люблю и сейчас. И сколько бы времени ни прошло, я никогда тебя не…»

Перо заскребло по пергаменту, оставив вместо букв бледную царапину.

Нар'миир опустил его в чернильницу, провёл по дну, наклонил сосуд. На стенках ещё блестела чёрная корка, но жидких чернил не осталось. Всё, что не высохло за годы, ушло в написанные строки.

Он посмотрел на оборванную фразу.

Чернила закончились именно здесь. Не строкой раньше. Не строкой позже.

Нар'миир ещё раз провёл пером по дну чернильницы, но на острие не осталось даже капли.

Он вложил перо обратно и свернул пергамент, оставив последние слова недосказанными.

До фермы он шёл долго.

Солнце скрылось за горизонтом, степь налилась синим сумраком. Одна за другой зажглись звёзды. Нар'миир двигался по знакомой дороге, но впервые не считал шаги.

К дому он подошёл далеко за полночь.

В окнах не горело ни огонька. Из трубы не поднимался дым. Ферма спала.

Нар'миир остановился перед дверью.

Достаточно было постучать. Услышать шаги. Ещё раз увидеть Малис — пусть даже только для того, чтобы она захлопнула дверь перед его лицом.

Он поднял руку, но так и не коснулся дерева.

Вместо этого наклонился и осторожно просунул письмо под дверь. Пергамент тихо зашуршал по доскам.

Нар'миир замер.

В доме ничего не изменилось.

Он выпрямился и на мгновение положил ладонь на шершавую створку. Затем убрал руку, повернулся и вышел за изгородь.

На тракте было пусто.

Нар'миир не знал, куда приведёт его дорога. Знал только, что сейчас не может вернуться ни в Сар'Келу, ни в этот дом.

Когда-нибудь — возможно. Но не теперь.

Он зашагал в темноту. Над степью висели три луны — Странник, Призрак и Неведомый. Те, чьими именами он только что поклялся.

Они смотрели на него и молчали.

08.07.935 Эпохи «Совета десяти»

Нар'миир шёл.

С тех пор как он оставил письмо под дверью Малис, дорога почти не прерывалась. Иногда он сворачивал с тракта, опускался прямо на землю и забывался на час или два. Потом просыпался от холода, боли в спине или далёкого воя степных шакалов, поднимался и шёл дальше.

Доспех он так и не снял. Стоило подумать о пряжках и ремнях, как руки наливались тяжестью. Да и без металла на плечах он чувствовал бы себя голым. Тарханский доспех больше не давал ему ни власти, ни защиты закона, но хотя бы напоминал, кем он был ещё несколько недель назад.

Дорога тянулась на восток, к последним постам Кара'Тага, за которыми начинались ничейные горы.

Зачем он туда идёт, Нар'миир не знал.

Возможно, хотел покинуть лейфарство. Возможно, просто выбрал направление, противоположное ферме Малис. Мысль о погоне временами возникала, но не вызывала ни страха, ни желания торопиться. Он не знал, что успели выяснить во дворце, кто из видевших их успел дать показания и отдал ли Кейран приказ об аресте.

Знал только, что возвращаться нельзя.

Солнце стояло почти в зените, когда сзади послышался топот.

Сначала Нар'миир принял его за удары крови в висках. Но звук нарастал. Ровный, слитный, без скрипа телег и караванного гомона.