Книга Разъяренный дракон, страница 100 – Цинхань Цэцэ

Тогда волны так же бешено бились о скалы, мощь атаки на Господина была способна потрясти небо и землю, не оставляла даже надежды на спасение. Однако Господин все же прорвался сквозь те бешеные волны, сумел дожить до сегодняшних атак.

В один миг Чжу Синхэ подпрыгнул, вращаясь в воздухе, чем вынудил солдат атаковать вверх, но удары пришлись на пустой ливень. Строй распался, и неописуемая мощь атаки, тяжелой, как железо и камень, сразу же исчезла.

— Северо-запад, шесть чи.

— Четвертый строй, пятая фигура, «Сжатие в центре»!

Солдаты восстановили строй на расстоянии шести чи от изначальной точки. Увы, предыдущее построение развалилось, а ураганный ветер и сильный ливень помешали им собраться достаточно быстро.

Под грохот ливня, заполняющий все пространство вокруг, фигура Чжу Синхэ стремительно опустилась прямо в еще не успевшую закрыться брешь в череде дубинок, словно внезапно упавший огромный камень, разбрызгивающий воду во все стороны. Один взмах руки – и вокруг него расцвели кровавые цветы.

Время, казалось, внезапно замедлилось. Солдаты в сине-зеленых доспехах, державшие боевой строй, бешено качавшиеся на ветру деревья, яростно бьющий по земле ливень, дамбы и павильоны, окруженные изумрудными озерными водами… На этом холодном сине-зеленом фоне внезапно распустились горячие красные цветы. Ослепительные, причудливой формы, они мгновенно заполнили собой островок посреди озера Сиху.

Чжу Юйхэн наконец увидел оружие Чжу Синхэ. В его руке был тончайший белый луч, покрытый кровью, он наконец проявил свою форму. Это была острая тонкая трубка, выраставшая из того простого белого перстня на пальце хозяина, словно серебристый тростник, выпускающий весной нежные побеги. На тонкой трубке было бесчисленное множество странных отверстий, с каждым взмахом руки Чжу Синхэ, безжалостно атаковавшего, из них вырывались кровавые цветы с шестью лепестками.

На берегу Заповедного водоема ревел ветер, то и дело сверкал белый свет, вслед за которым стремительно, как метеоры, распускались жуткие цветы. С каждым новым цветком солдаты испускали крик боли, кровь взрывалась фонтаном, и то тут, то там на землю падало тело, выходя из строя.

Среди стонов Чжу Юйхэн услышал, как Чжугэ Цзя воскликнул:

— Это «Весенний ветер»!

«Весенний ветер». Ужасающее оружие – и такое ласковое название. Вот только оно обозначает не нежные цветы, а шестилепестковые цветки крови. А оружие А-Нань называется «Сияющий луч». Прямо как в песне: «Весенний ветер ласкает сияющие лучи», даже оружие у них – парное. Видимо, в их морском прошлом они вместе боролись, встречали трудности и напасти, тогда «Весенний ветер» и «Сияющий луч», как и сейчас, шли рука об руку.

Вспомнив об изгибающимся, как юный месяц, оружии, спрятанном в браслете А-Нань, Чжу Юйхэн непроизвольно переместил свой взгляд с уже разбитого строя «Восьми фигур» и сквозь кровавый дождь посмотрел на А-Нань.

Холодный дождь, казалось, помог ей немного прийти в себя. Она спрыгнула с ивы: волосы растрепаны, щеки в крови, красная одежда вся в грязи. Девушка напоминала ракшаса^[34], сошедшего в мир, чтобы нести боль и разрушения. Вырвавшись из «Восьми фигур», Чжу Синхэ, смешивавший дождь с кровью, тоже был покрыт красными пятнами. Вдвоем они устремились к пристани, пытаясь оторваться от «Восьми фигур» и спастись.