Книга Разъяренный дракон, страница 173 – Цинхань Цэцэ

Подавив волнение в груди, Чжу Юйхэн постарался успокоиться:

— Значит, нынешний глава мастерской Фу Чжунь – это?..

— Мастерскую Чжоцяо основала Фу Линъянь, иероглифы названия она взяла из фразы «великое мастерство путают с нелепостью» – Чжоцяо же как раз означает «Башня Нелепого Мастерства». При этом Фу Линъянь отказалась от прежних предрассудков – вступить в Чжоцяо мог любой, независимо от школы. Позже она уехала за море, оставив свою маленькую дочь управлять мастерской, а уже у нее родился сын – Фу Чжунь, – А-Нань помрачнела. – Ай, ну и обидно же! Тот, кого я больше всех уважаю, – бабушка того, кого я больше всех ненавижу! До ужаса бесит!

Чжу Юйхэн молчал, казалось, о чем-то размышляя.

— Кстати, какие сейчас у властей отношения с мастерской Чжоцяо? Я так погляжу, хорошие? – А-Нань снова сверкнула на него глазами. – Иначе откуда бы ты узнал про ловушки, которые я расставила в ту ночь, и как бы так быстро справился с моим ядом? Наверняка этот гад Фу Чжунь со своей мастерской все про меня разнюхали и тебе продали!

— Все в Поднебесной принадлежит государю, – уклончиво ответил Чжу Юйхэн. – Раз мастерская Чжоцяо находится в пределах нашей империи, сотрудничество с властями им только на пользу.

— Хочу съездить в Чжоцяо, – задумчиво сказала А-Нань, уложив наполовину высохшие волосы.

— А не тебя ли Фу Чжунь разнес в свое время в пух и прах? – равнодушно заметил Чжу Юйхэн.

— Ну и что с того? Раз проиграла, теперь всю жизнь стороной его обходить? – А-Нань надула губы. – Я не только поеду в мастерскую Чжоцяо, но и переверну ее с ног на голову! Отплачу сполна за те горькие дни, что там провела!

— Я не дам тебе там бесчинствовать.

— Почему сразу бесчинствовать? Вот ты пока не знаешь, а у меня вообще-то есть доказательства, что мастерская Чжоцяо в нечистых делах замешана, – А-Нань огляделась и, наклонившись к нему, зашептала: – Цзян Байлянь рассказывал нам, как даньцзя с подачи мастерской на китов охотились, Фу Чжунь тогда одним простым действием усмирил раненого, разъяренного кита. Знаешь, как он это сделал?

Она наклонилась слишком близко, дыхание коснулось его лица, заставив сердце на миг замереть.

— Как?

— Голосом. Беззвучным свистом.

Ресницы Чжу Юйхэна дрогнули. Он вспомнил, как они с Ци Ся пытались сыграть мелодию, которую он извлек из флейты, и как потом едва могли устоять на ногах.

— А ты, А-Янь, быстро соображаешь, моментально понял, отчего умер Мяо Юнван, – А-Нань с удовлетворением наблюдала за ним.

«Не моментально, у меня уже давно были подозрения», – подумал Чжу Юйхэн. Только из-за обиды он держал эти подозрения при себе и не обсуждал с ней. Вслух он спросил о другом:

— Люди из мастерской Чжоцяо знают, что ты искусна в перевоплощениях. Меня ты не смогла обмануть, так как же думаешь провести этих старых лисиц?

— Чего мне бояться? Раньше, когда я меняла облик, никто меня никогда не раскусывал. Только на этот раз, непонятно как, ты меня узнал, – тут А-Нань загорелась любопытством: – Слушай, а как ты меня вычислил? Я же всех остальных вокруг пальца обвела!

Глядя в ее яркие глаза, в упор уставившиеся на него, Чжу Юйхэн промолчал.

Что он мог ей ответить? Что для него она – самый необыкновенный человек на свете? Что кем бы она ни притворилась, в какой бы толпе ни затерялась, он всегда отличит ее от других с первого взгляда?