Книга Разъяренный дракон, страница 244 – Цинхань Цэцэ

А-Нань переглянулась с Чжу Юйхэном. На самом деле наложница Юань не имела к этому делу никакого отношения. Просто супруга наследника, прикрывая мужа, подставила ее, и та трагически погибла.

— Ци Ся, замолви за меня словечко! – вцепилась в девушку Фан Бимянь. – Мы с тобой и все девушки Музыкальной палаты тогда были в голубом. А вы видели убийцу в зеленой одежде, и действовал он правой рукой! Ты же видела своими глазами – я, защищая тебя, сильно поранила правую руку. Откуда у меня силы кого-то убивать?

Она только что пыталась ее убить, а теперь молит о пощаде. Ци Ся поспешно вырвала руку и посмотрела на А-Нань.

— Да, эти две нестыковки я тоже долго не могла объяснить. После того, что случилось, я много раз осматривала ту беседку, но ничего не находила. Пока… пока я не увидела план дворца и не вспомнила, что в момент преступления на террасе стояли два огромных хрустальных сосуда. Все, что мы видели, мы наблюдали сквозь них, – А-Нань оглядела комнату, увидела стоящую рядом хрустальную вазу, вынула из нее цветы, поставила на стол и сказала: – Те сосуды во время внезапного подъема воды упали в пруд и разбились вдребезги, поэтому я никак не связала их с этим делом и упустила два важных обстоятельства.

С этими словами А-Нань подняла один палец:

— Первое: убийство, которое мы видели, произошло после первого внезапного подъема воды. Те сосуды, обычно пустые, тогда оказались наполнены водой. Причем вода эта хлынула внезапно, была перемешана с илом, окрасилась в мутно-желтый цвет. Немудрено, что из-за этого то, что было за сосудом, стало еще труднее различить, а цвета предметов изменились, – А-Нань перевела взгляд на Фан Бимянь и, улыбаясь, спросила: – Госпожа Фан, ты искусна во всем – в игре на цитре, в шахматах, каллиграфии и даже в живописи. Позволь спросить: если смешать синюю краску с желтой, какой цвет получится?

Фан Бимянь стиснула зубы, не проронив ни слова.

— Синий плюс желтый дают, конечно, зеленый! – осенило Ци Ся. – Вот почему голубые одежды Музыкальной палаты, когда мы смотрели на них сквозь воду, казались серовато-зелеными!

— Все верно. И второе, что сбило нас с толку: как наша госпожа Фан, с ее-то раненой правой рукой, могла так ловко действовать во время убийства? – А-Нань, улыбнувшись Фан Бимянь, не стала продолжать, а взяла цветок, оторвала у него лепестки с левой стороны и поставила за наполненную водой вазу.

Тут даже Вэй Ханчжи, все это время хмуро и сосредоточенно слушавший, не смог сдержать удивленного возгласа.

Лепесток был оторван с левой стороны цветка, но при взгляде на растение сквозь хрустальную вазу, левая часть была невредимой, а вот на правой стороне зияла пустота. Все с точностью до наоборот.

— Из-за того, что круглая форма искажает лучи света, за прозрачным круглым предметом, наполненным водой, все отражается зеркально: правое становится левым и наоборот. Значит, убийца, которого мы видели, на самом деле действовал левой рукой!

После этих слов Ци Ся зажала рот рукой и долго не могла восстановить дыхание от потрясения. Даже Чжу Юйхэн, держа в руке чай, поданный Вэй Ханчжи, забыл его отпить.

— К несчастью для нее, когда почти все в зале были в суматохе, мы как раз оказались напротив. Поэтому ей оставалось только совершить свое грязное дело, а потом немедленно скрыться!