Книга Разъяренный дракон, страница 52 – Цинхань Цэцэ

— Он правда так сказал, – Ци Ся не знала статуса Мяо Юнвана и лишь растерянно кивнула. – Но я уже устала от подобной болтовни, не хотела слушать его пустые речи, поэтому перевела разговор…

Чжу Юйхэн задумчиво помолчал, затем указал на следы на стене, оставленные тушью для бровей, и спросил:

— Это ты нарисовала?

Только тогда Ци Ся заметила на стене три следа в виде полумесяцев, собранные вместе, словно цветок лотоса. Она с удивлением подошла поближе, внимательно рассмотрела и покачала головой.

— Нет, не я. Эта тушь очень дорогая, я не могу себе такую позволить…

Хотя люди из министерства наказаний осмотрели все тщательно, а Чжу Юйхэн сам по себе был человеком внимательным к деталям, но что вообще мужчины понимают в таких женских вещах, как тушь для бровей?

Чжу Юйхэн снова внимательно посмотрел на следы на стене и спросил:

— Что это за тушь?

— Это лучшая тушь из лавки «Золотая орхидея», называется «Горы вдали», два ляна серебра за крошечный шарик^[20]. Девушки простого положения, как я, используем графитовую тушь для бровей, по пол-ляня серебра за большую коробку, от такой туши брови получаются черные и четкие. По словам продавцов из «Золотой орхидеи», тушь «Горы вдали» делают из персидского графита, смешанного с лазуритом, слюдой и жемчугом, все ингредиенты толкут, просеивают вместе, прессуют и сушат в тени. Издали такая тушь отливает легкой голубизной, а если рассмотреть вблизи, виден туманный блеск. По сравнению с нашей обычной тушью – просто небо и земля!

Чжу Юйхэн внимательно изучил голубоватые следы на стене, они действительно, как и сказала Ци Ся, казались слегка голубыми и отливали необычным блеском.

— Работники таверны сказали, что из-за сезона дождей на стенах появилась плесень, поэтому они недавно заново побелили стены, а вы были первыми, кто использовал эту свежевыбеленную комнату. Значит, ты должна была заметить этот отпечаток, когда вы вошли сюда в тот день?

— Нет, – Ци Ся покачала головой, – я действительно не видела никаких отпечатков на стене. А в тот день, выжимая полотенце, я стояла как раз напротив этой стены, но не заметила никакого цветка!

Чжу Юйхэн немного подумал и решил, что этот символ, должно быть, появился в период между уходом Ци Ся и обнаружением тела Мяо Юнвана. В конце концов эта отметина на стене была настолько яркой, что и он, и А-Нань сразу ее увидели, как только вошли в комнату, а девушка вроде Ци Ся, хорошо разбирающаяся в косметике, сразу бы подошла рассмотреть поближе. Не заметить ее она могла только в том случае, если след от туши для бровей появился уже после того, как с Мяо Юнваном случилось неладное, поэтому Ци Ся и не обратила внимания на такие мелочи.

— Выясните, кто из находившихся тогда в здании использовал тушь «Горы вдали», – приказал Чжу Юйхэн людям из министерства наказаний.

* * *

Ци Ся вернули в тюрьму, но Чжу Юйхэн приказал чиновникам уезда Цзяннин перевести ее в чистую камеру и распорядился передать ей необходимые в быту вещи.

Вернувшись во дворец, он встретился с Чжугэ Цзя. Тот уже давно ждал его и поспешно подал папку с документами.

— Ваше Высочество, это отчет медицинского освидетельствования тела наложницы Юань, прошу взглянуть.

Чжу Юйхэн пробежался по тексту глазами. После того как наложницу Юань смыло из пруда водопада в реку, из-за обратного течения воды ее тело поднялось вверх по течению, поэтому его не удалось обнаружить своевременно. Стояло лето, и ее труп был утащен зверями в лес, грудь и живот оказались разорваны, следы от ножа убийцы уже невозможно обнаружить.