Книга Король старьевщиков, страница 264 – Кассандра Клэр

Лин выдержала взгляд Арона, не отвела глаз. Как бы ни боялась она за Мариам, она не могла себе этого позволить. Она не имела права показывать свой страх и тревогу перед всеми этими людьми.

— Мы обязаны дать Богине возможность открыть нам истину о том, кто она, – продолжал Арон, и Лин подумала, что его голос похож на мед, льющийся на острые шипы. И невольно задала себе вопрос: для кого предназначены эти шипы – для нее самой или для тех в совете, кто предложил это испытание? – Говорят, что Богиня исцеляла прикосновением руки. Твое испытание, Лин Кастер, заключается в следующем: исцели свою подругу Мариам. Возложи на нее руки и исцели ее.

У Лин едва хватило сил скрыть потрясение. Исцелить Мариам? Как будто никто в Солте не знал, что именно это она пыталась совершить долгие годы. Эти слова были для нее как пощечина; как будто эти люди с издевкой говорили ей: «Ты не смогла сделать этого за всю свою жизнь. Разумеется, ты не сможешь сделать это и сейчас».

Но с другой стороны… Они дали ей шанс. Шанс, которого у нее никогда не появилось бы, если бы не их злобная выдумка.

Арон помог Мариам подняться с кресла. Он заботливо и осторожно провел ее по возвышению, помог спуститься в «огненное кольцо» и усадил на тахту с белым одеялом. Пробормотал фразу, которую Лин не расслышала, и Мариам легла на тахту, скрестила руки на груди и уставилась в потолок.

Арон жестом велел Лин приблизиться. Идя к Мариам, она внезапно вспомнила Короля Старьевщиков, его уверенный голос.

«Тебе подвластна магия, Лин. Сосредоточься не на том, чтобы обмануть Арона во время испытания, не на времени, которое летит слишком быстро. Сосредоточься на том, чтобы пройти испытание. Я верю, что ты сможешь это сделать».

Она стояла над Мариам. Подруга с благоговейным видом смотрела в потолок, но, когда Лин взглянула ей в лицо, она повернула голову – совсем немного – и подмигнула. И внезапно Лин воспрянула духом. Она взяла запястья Мариам, развела ее руки, положила их на диван по обе стороны от тела, а потом прижала свои ладони к груди Мариам, рядом с сердцем.

Она заглянула в себя. Нашла самые старые детские воспоминания: о смехе матери, о голосе отца. О том, как Майеш поднимал ее, подбрасывал в воздух. Об огромной темно-оранжевой бабочке, которая села ей на руку. О реке, вздувшейся после дождя, который лил целый день.

Камень-источник у нее на груди нагрелся, и она ощутила энергию – энергия пробудилась внутри него, энергия перетекала в ее тело. Могущество огненной крови короля, могущество, которое было древнее Раскола, могущество, рожденное на заре мира, когда чудеса были привычны людям, когда им удивлялись не более, чем виду мыши, пробегающей по полю. Могущество струилось по ее венам; оно окружало ее, словно облако. Она потянулась в пустоту и без труда выхватила оттуда слово: целостность. Она забрала его силу. Возникли слова «заразная болезнь», но она отмела их. Появлялись другие слова, неизвестные ей, но она понимала, что они означали: исцеление, восстановление, здоровье и силу. Тогда она протянула руку еще дальше, туда, где постепенно проступало могущественное слово – одно из самых могущественных в мире. Слово, которое знание поместило в высшую сферу слов, выше небес.

Жизнь.

Лин поймала это слово и притянула его к себе. Где-то внутри возникло острое ощущение яркости, огня. Ей показалось, что она может видеть сквозь кожу кости рук, они пылали, как факелы.