Книга Ловец Мечей, страница 117 – Кассандра Клэр

Он повиновался. Когда зернышки морфеи растворились, он сглотнул. Почти сразу она заметила, как пациент расслабился.

Морфея в больших дозах подавляла дыхание, но Лин дала ему совсем немного, чтобы облегчить боль. От шока тоже можно было умереть. Человек, испытывающий боль, переставал цепляться за жизнь; иногда люди отказывались от борьбы, не желая больше терпеть мучения.

— Удивительно, – произнес Кел.

— Что? То, что я согласилась дать вам морфею? – спросила Лин, убирая пустую ампулу.

— Не морфея. То, что вы заставили Конора уйти, – объяснил он.

И, несмотря ни на что, улыбнулся. В этот момент он выглядел как озорной мальчишка. Такое лицо бывало у Джозита, когда он возвращался из сада махарама с полными карманами ворованных яблок.

— Немногие люди способны на такое.

— Не вижу в этом ничего смешного. – Лин отошла к столу. – Я уверена, теперь он ненавидит меня.

— Он ненавидит только одно: когда ему указывают, что делать, – сказал Кел, наблюдая за ней.

Лин взяла небольшой металлический пинцет, ампулу с ляписом, сосуд с настоем ароматических трав, стальную иглу и шелковую нить.

– Иголки. Все-таки без них не обойтись, – мрачно произнес Анджуман.

– Если будет больно, скажите. Я могу дать еще морфеи.

– Нет, – покачал головой Кел. – Не надо. Я не возражаю против боли, по крайней мере такой, которую я в состоянии вынести.

«Такой, которую я в состоянии вынести». Интересно, подумала Лин, сначала чудовищные шрамы, теперь это. Что могли молодые аристократы знать о боли, о том, какую боль они могут вынести, а какую – нет?

— Вы сказали, что вас ранили в порту. – Она говорила спокойно, чтобы отвлечь его.

Удалив пинцетом остаток тростниковой трубки, Лин начала дезинфицировать раны настоем трав. Она знала, что процедура является весьма болезненной.

— Но вас нашли у ворот дворца. Кто-то привез вас туда и оставил…

Кел зажмурился, его спина изогнулась, и он неразборчиво забормотал что-то. Ей показалось, что она расслышала слово «стрелы» и еще имя, вроде бы «Жанна». Значит, он навещал какую-то девушку в городе? А на обратном пути на него напали грабители?

— Да, – выдохнул он. – Я знаю, кто оставил меня у ворот Маривента. И это был не тот человек, который пырнул меня ножом.

Лин отложила в сторону полотенце и потянулась за ляписом. Он должен был остановить кровотечение. Но Лин знала, что пациенту придется потерпеть. Кел смотрел на нее спокойно. Как странно он себя ведет, подумала она. Обычно чем богаче был пациент, тем больше с ним было хлопот; они жаловались на любые, самые ничтожные неудобства. Он действительно оказался совсем не таким, каким Лин его представляла себе, этот кузен принца.

— Итак. Это были «пауки», – произнесла она, нанося едкое вещество на рану. – Я удивлена, что вам известно об их существовании.

Ей казалось, что благородным нет дела до обитателей Лабиринта.

Анджуман криво усмехнулся.

— Мы же все живем в одном городе, верно?

Кровотечение остановилось; на коже, там, куда попал ляпис, которым она прижигала раны, появились черные пятна.

— В одном? – улыбнулась Лин. – Я родилась в Кастеллане и провела здесь всю жизнь; но сегодня я впервые попала на Гору. Большинство людей сюда не попадут никогда. Аристократы и простые люди Кастеллана, возможно, живут поблизости друг от друга, примерно на одной территории, но не в одном и том же городе.