Книга Стена копий, страница 253 – Брэдли Бэлью

— Этого достаточно, – повторила Мерьям.

— Я не стану рисковать жизнью из-за того, что…

— Достаточно, – припечатала Мерьям.

Хамзакиир часто заморгал, будто пытаясь проснуться, провел пальцем по кровоточащей ране на запястье Кирала. Кровь остановилась. То же он сделал и со своей раной – от нее осталось лишь маленькое светлое пятнышко.

— Несколько капель не сделают погоды, а у нас еще есть дела.

Голова Кирала опустилась. На месте Хамзакиира он разглядел другого. С коротко стриженными волосами. Щетиной на сильной челюсти. С изрытой оспинами кожей – следами детской болезни, месяцами терзавшей тело Короля и едва не убившей.

Увидь его кто-то – сказал бы, что это Кирал Ранан’ала, Солнечный Король, Первый среди Королей, белое древо племени Халариджан. Сходство было безукоризненное, признал Кирал. Двойник даже задумчиво щурился так же.

А он сам, должно быть, выглядит как Хамзакиир.

«Что теперь?» – пытался спросить он, но воля оставила его. Кирал сделался лишь зрителем этого представления. Не больше.

Дальше все происходило как во сне. Амариллис помогла Хамзакииру обменяться с Киралом одеждой. Они тихо переговаривались, но смысл слов не долетал до него, уши словно залили воском.

Когда все было готово, ему приказали встать и подойти к окошечку каюты. Его тело подчинилось, и он подумал: «Как же они провернули это? Что собираются делать дальше?» Разумеется, Хамзакиир займет его место в Закатном дворце. Каимир тут же войдет в фавор, но никто из Королей ничего не заметит.

Сколько пройдет, прежде чем эти двое одни встанут на Таурияте? Месяц? Год?

Кирал приблизился к окошечку, спрыгнул сквозь него на песок и пошел под звездным небом на восток. Ни одна из лун не взошла. Неудивительно: боги оставили его.

Он брел к далеким кораблям, но никто из лагеря его не остановил. Ни единая живая душа не преградила путь.

Песок приятно подавался под ногами, и весь этот путь казался правильным – так устроила судьба. Он всегда думал, что вернется в пустыню завоевателем, но теперь шел по ней в одиночестве, словно возвращался к старому, дорогому другу.

В этот миг, разглядывая звезды над горизонтом, он понял вторую часть их плана – что эти двое уготовили ему. Чтобы их великий обман удался, нужно окончить легенду Хамзакиира. И вот он, Кирал, бредет по пустыне в одежде Хамзакиира, выглядя как он.

«И ведь это я столько сделал для его убийства…»

Впервые за долгое время ему захотелось, чтобы Ихсан был рядом. Фигляр в королевских одеждах, шут в короне – Кирал ненавидел его за это, но только Ихсан оценил бы красоту этой иронии, этой сложной шутки.

Если бы Кирал мог смеяться, он бы и сам посмеялся, но тело не слушалось, и потому он шел, с каждым марионеточным шагом приближаясь все ближе к лагерю Онура.

Завернувшись с головой в одеяло, Брама изучал, кто поднимается на галеон, стоявший на якоре в ста шагах, кто спускается. Несколько часов назад он оставил Амансира с командой и подбирался все ближе к королевскому флоту. Лишь недавно он увидел царицу Мерьям на носу, рядом с Королем Киралом. Быстро поговорив, они спустились в трюм, зачем – Брама не знал, но собирался выяснить.

В сотый раз за весь путь от яхты Амансира он сжал мешочек на ремне, нащупал круглый обсидиан, который достал прежде, чем затаиться в старой сторожевой башне возле каимирского посольства. Камень нужен был, чтобы подчинить Румайеш, если он все же сможет разбить сапфир.