Книга Кричащая Башня знает, страница 54 – Любовь Минеева

Не могу не согласиться. Действительно, то еще зрелище. В голову приходит нелепый вопрос: а кто будет все это убирать? И еще: каково будет Аринкиным родителям или Дашке, увидь они все это? Похоже, подобные мысли посещают не меня одну. Макс резко ударяет кулаком о ладонь и шипит:

— Дурдом какой-то!

Я не совсем понимаю, что именно вызвало его ярость, но подозреваю, что чувство ревности. Никак не смирится с мыслью, что Аринка дорога не только ему.

Нас замечают. Оглядывают, перешептываются. Я кивком отвечаю на приветствие Марьки – она стоит в окружении институтских товарок с бумажным стаканчиком в руках – кофе навынос из «Ямочек». Я радуюсь, что компания Макса и Ваньки защищает меня от Марькиного любопытства: подойти ко мне она не решается. Хотя она наверняка знает, кто устроил эту Стену Плача. Но только я собираюсь подойти и спросить, как нас окружают ребята – футболисты из команды Макса. Они настроены дружелюбно, предлагают пиво, я не успеваю опомниться, как в моих руках оказывается пластиковый стаканчик с дешевым пойлом. Болтают о всякой ерунде, Рита даже начинает хихикать, я прижимаюсь к Ваньке, и мне хорошо. Тайком отдаю ему свой стаканчик, мы обмениваемся понимающими улыбками и цепляемся взглядами. Дольше, чем нужно. «Он вот-вот поцелует меня», – думаю я, и по телу разливается приятное покалывание. Но вокруг нас слишком много народу.

Компания наша растет, и в какой-то момент «наши» мальчишки выдергивают нас с Риткой из этой толпы. Мы снова стоим вчетвером.

— Пиво надоело, – говорит Макс, и они с Ванькой обмениваются многозначительными взглядами.

— Скоро вернусь, ладно? Я только до машины, – говорит Ванька и убирает руку с моей талии.

Как только он уходит, я начинаю мерзнуть и дрожать. Мне кажется, что я в опасности, но Рита с Максом не особо жалуют меня своим вниманием. Ритка начинает выпытывать, куда отправился Ванька, скаля лошадиные зубы, а Макс, пьяно флиртуя, отнекивается и пытается шутить. Получается так себе.

Ванька и правда возвращается скоро, в одной руке – бутылка виски, в другой – упаковка одноразовых стаканчиков.

— О-о-о… – многозначительно выдает Рита, то ли осуждающе, то ли мечтательно. – Прямо как большие!

Макс хмыкает и, забрав у Ваньки упаковку, наделяет нас стаканчиками. Ванька откупоривает бутылку и разливает всем четверым. Я смотрю на него удивленно:

— Ты же за рулем?

Они смеются, и Ванька подмигивает:

— А мы никому не скажем.

Я невольно улыбаюсь в ответ, восхищенная его уверенностью, и думаю: он знает, что делает.

Мы неловко чокаемся, Макс вспоминает, зачем мы здесь вообще собрались:

— Ну, за Аринку! Пусть земля ей будет пухом!

Задержав дыхание, делаю большой глоток. На миг мир меркнет, все внутри меня начинает гореть, хочется фыркнуть, как лошадь, – брр! – но, разумеется, я сдерживаюсь, лишь зажмуриваюсь на секунду. Вскоре чувствую, как тело начинает расслабляться, согреваясь.

Макс и Ритка закуривают, Ванька снова держит меня за талию, и я могу опереться на его руку, как на спинку стула. Это приятно. Оглядывая народ, возвращаюсь к новой загадке – кто все это устроил? Вижу Марьку – уже без кофейного стаканчика в руках, кажется, они собираются уходить.

Передаю Ване свой стакан и говорю:

— Я сейчас.

Иду догонять Марьку, слышу позади удивленные вопросы. Марька, заметив меня, радостно скачет навстречу.