Книга Календарь убийцы, страница 139 – Изабелла Мальдонадо

— Только так можно связать воедино вроде бы не имеющие друг к другу отношения факты, – заключила Дани. – Возможно, доказать это в суде мы не сможем, но именно так все и произошло. – Она снова принялась расхаживать по комнате. – Хоуэлл пошел на огромный риск, возвращаясь на следующий день в то же самое место, чтобы убить Луну. Он не сомневался в том, что эти преступления не свяжут между собой, и все-таки это был очень опрометчивый шаг, поскольку все должны были быть начеку.

— Нет, поскольку к этому моменту уже арестовали твою мать, – возразил Флинт. – Все в вашем доме решили, что это обычное домашнее преступление, – мы тоже так решили.

— А Луна Дельгадо должна была съехать с квартиры на следующий день, – добавил Ву. – Мы знаем, что Хоуэллу это было известно, поскольку он заявился к ней в комбинезоне с логотипом «Лас Брокис».

— Он мог бы дать ей уехать и переключиться на запасную жертву, – сказал Флинт.

— А что, если у него на очереди больше никого не было? – Дани опять принялась расхаживать – ритмичные движения помогали ей думать. – Насколько нам известно, Луна была первой жертвой Хоуэлла. Он увидел в ней нечто такое, что подтолкнуло его действовать, давая выход своим сдерживаемым желаниям. Она показалась ему особенной. Быть может, Хоуэлл думал, что на этом все закончится. Возможно, запасные варианты он начал искать только потом.

— Когда Хоуэлл начал видеть в жертвах цель и выработал график убийств? – спросил Ву, по-видимому рассуждая вслух, поскольку не стал дожидаться ответа. – И с этой дорожки он не сворачивал десять лет… до тех пор, пока мы на него не вышли.

Дани снова застыла на месте, почувствовав нарастающее возбуждение своего начальника.

— Хоуэлл просчитывает всё. – Ву обвел рукой вокруг. – Эта квартира. Выбор времени совершения убийств. Сбор вещественных доказательств, чтобы обвинить другого. Эту стратегию он выработал на протяжении многих лет. Не оставляя ничего на волю случая.

— Доктор Кэтролл предположила, что он страдает обсессивно-компульсивным расстройством, – заметил Флинт. – И она была права.

— Хоуэлл проникается одержимой страстью к своим будущим жертвам, – добавила Дани. – И он просто помешан на строгом соблюдении графика своих преступлений. Лично мне никогда не приходилось сталкиваться ни с чем подобным. Как мы можем это использовать?

— Сделай то, что у тебя получается лучше всего, – сказал Ву. – Отфильтруй шум и определи закономерности.

Дани обдумала все то, что они выяснили о Хоуэлле, переходя от известных параметров к неизвестным.

— Хоуэлл не выдержал строгий график. Последней в прогрессии была Анжела Домингес. Убийство Альфреда Очоа явилось грубым нарушением графика и выбора жертв.

— Мы вынудили Хоуэлла пойти на это, – напомнил Флинт. – Когда мы подобрались к нему слишком близко, он подкинул нам козла отпущения. Это доказывает, что Хоуэлл тщательно выбирает своих жертв, но также может действовать, подчиняясь необходимости.

— Что насчет Глории Гомес? – спросила Дани. – В своем послании, оставленном для нас в парке Вашингтон-сквер, Хоуэлл указал дату по юлианскому календарю. Это было еще одно отклонение от строгого распорядка, и произошло оно до того, как он убил Очоа.

Какое-то время все молчали, стараясь найти общий рисунок, ведущий в нужном направлении. Внезапно Ву встрепенулся: