Книга Календарь убийцы, страница 24 – Изабелла Мальдонадо

Тут следователь был прав. Преступники учатся на собственном опыте и в соответствии с этим модифицируют свою технику. Если непр – на жаргоне ФБР неопознанный преступник – предпочитал убивать молодых женщин у них дома, его поведение изменялось со временем, что позволяло ему избегать задержания. Вот каким образом тем, кто похитрее, удается избежать наказания. Иногда на протяжении многих лет.

Дани снова направила разговор на поиск закономерностей:

— Помимо пола, возраста и национальности, а также того, что все жертвы проживали одиноко в одном районе, что еще общего есть у этих трех дел?

— Все жертвы перед смертью подверглись сексуальному насилию, – сказал Чапмен.

— Каким образом они были убиты?

— Я внимательно изучил протоколы вскрытия, и тут нет никакого сходства, – сказал Чапмен. – Дельгадо удушили подушкой, Монтес была просто задушена, а Трехо убили ударом тупого предмета по голове. Все три жертвы были связаны, но по-разному. – Следователь подался вперед. – И вот что еще: в случае с Трехо патологоанатом установил, что преступник нанес удар орудием убийства левой рукой. И опережая ваш вопрос: в остальных двух случаях специалисты не смогли с уверенностью определить, был убийца правшой или левшой.

— То есть в первых двух случаях преступник предварительно следит за девушками, – подвела итог Дани. – В деле Дельгадо это единственное заявление в полицию до совершения убийства. Однако в случае с Монтес преступник также проникает в квартиру и устанавливает скрытые видеокамеры.

— Это наши предположения, – перебил ее Чапмен. – Невозможно доказать, что тот, кто следил за ней, также проник к ней в квартиру и установил оборудование видеонаблюдения – и что он и является убийцей. Технически это могли быть три разных человека.

— Замечание принято, – согласилась Дани, однако по голосу ее чувствовалось, что верит она в это не больше, чем следователь. – В случае с Трехо заявления о преследовании нет, однако преступник проникает к ней в квартиру, чтобы установить видеокамеры, а также навести порядок в гардеробе, а на обратном пути прихватывает с собой ее трусики. – Она помолчала. – И преступник может быть левшой.

— Если предположить, что в последних двух квартирах преступник установил скрытые камеры, – подхватил Флинт, – он мог наблюдать за жертвами из собственной уютной квартиры, а те даже не подозревали об этом.

— И наконец, преступник убивает жертвы и снимает видеооборудование, – закончила Дани, – уничтожая все следы своего пребывания на месте преступления.

— Вот что вызывает отчаяние, – сказал Чапмен. – Этот тип прямо-таки какой-то призрак. У нас нет ни отпечатков пальцев, ни семени – вообще никаких улик. – Он задумался. – По крайней мере, ничего существенного.

— Что ты имеешь в виду? – нахмурился Флинт.

— Я уверен в том, что преступник надевал перчатки и использовал презерватив, – объяснил Чапмен. – Но криминалистам удалось собрать микроскопические волокна и несколько волосков. Все это отправили в лабораторию в Куинсе, однако удача от нас отвернулась. В последнем случае был получен образец ДНК, но в отчете говорилось, что его недостаточно для анализа.

— Этот тип знает, что к чему, – заметила Дани. – И он умен.

— Будут проблемы с тем, чтобы доказать, что речь идет о серийном убийце, – сказал Чапмен. – Домогательствам подвергаются многие женщины, и лишь две жертвы из трех жаловались на то, что за ними следили. К тому же уверенно говорить об отверстиях в стене можно только в двух случаях. Нет единой нити, которая проходила бы через все три дела.