Книга Зловещая мелодия, страница 139 – Эрик Фуасье

Потом настало затишье – никто не предпринимал никаких действий, ни с той ни с другой стороны. Солдаты поняли, что их присутствие обнаружено, когда в замке стали закрываться ставни первого этажа, и теперь выжидали, не зная численность вооруженного противника. Наконец Бовуару почудилось какое-то движение на краю эспланады – там находился тот самый ров, откуда накануне они втроем наблюдали за расправой над Жак-Жозефом де Кателино. Он вскинул ружье и замер в ожидании. Через несколько минут над краем рва показался кивер. Шевалье был метким стрелком. Он взял мишень на мушку и спустил курок. Раздался отрывистый крик – солдат, вероятно отправленный на разведку, опрокинулся назад и исчез, будто его поглотила земля.

Этот первый выстрел стал сигналом к бою. Загрохотали залпы со всех сторон. Крестьянин у окна на главном фасаде получил пулю в плечо. Офицер, командовавший отрядом солдат с той стороны, видимо, быстро догадался о малом числе осажденных по этому начальному обмену выстрелами, потому что поднял часть своих людей на штурм. Цель у этой атаки была одна – проверить огневую мощь врага. После того как пятеро из нападавших упали лицом в землю, остальные тотчас вернулись обратно за деревья. Ни одному не удалось добраться до замка.

Юный Шарль, опьяненный отступлением солдат, которое он по неопытности принял за легкую победу, забыл об осторожности и со свойственным его возрасту пылом вскочил на подоконник, чтобы подразнить трусливых красноштанников – мол, разбежались при первом же отпоре, как перепуганные крольчата! В ответ на его насмешки раздался один-единственный выстрел из кустов на ближней опушке. Подросток с пулей во лбу со сдавленным криком рухнул на пол. Слышавший это Валантен, бросив свой пост в соседней комнате, помчался к нему. И сразу понял, что уже не сможет ничем помочь. Пуля снесла юному вандейцу половину черепа, расплескав вокруг кровь и ошметки мозга.

Инспектор подобрал ружье мертвеца и, проскользнув мимо окна так, чтобы не оказаться на линии огня, вышел в коридор. Там он обнаружил крестьянина, который пытался перевязать раненое плечо – пуля прошла навылет, пробив мышцу. Валантен наспех наложил ему повязку и заглянул к Бовуару.

— У нас уже двое выбыли из строя, – сообщил он. – Если продолжим обороняться, не будет никаких шансов выжить. Особенно учитывая, что противник наверняка послал за подкреплением.

Шевалье сосредоточенно кивнул – он был того же мнения:

— Стало быть, с сожалением должен констатировать, что нам ничего не остается, как дорого продать свою шкуру. Что ж, по крайней мере, мы погибнем с оружием в руках и не позволим этим псам подло умертвить нас, как они поступили с Кателино.

Валантен от этого бравого вояки ничего другого и не ждал, но в его собственные намерения вовсе не входила мученическая смерть за чужие идеалы.

— Возможно, есть другой выход, – сказал он. – Не забывайте, что наша задача – привезти золото, в котором так нуждаются дивизионы в бокаже.

— И что же вы предлагаете? – поинтересовался лихой вандеец, после того как смерил его пристальным взглядом.

— Нужно застать врага врасплох. Они ожидают, что мы будем действовать в точности так, как вы сейчас сказали. Что ж, а мы, наоборот, рискнем пойти на прорыв. Я предлагаю распределить мешки с золотом между всеми нами, затем встать у разных выходов с первого этажа – у окон и дверей, что выходят к лесу, а не к эспланаде. И по команде рвануть наружу. Солдаты будут к этому не готовы, и у нас есть шанс добраться до деревьев прежде, чем они сориентируются и успеют кого-нибудь взять на мушку. Со стороны леса их не больше дюжины, если я правильно рассудил по частоте выстрелов. Нас семеро. Возможно, мы понесем потери, но думаю, большинству из нас удастся проскользнуть невредимыми. А потом – каждый сам за себя. Пусть все выжившие своими силами добираются до берега Севра и той бухты, где мы высадились на лодках.