Онлайн книга «Зловещая мелодия»
|
Как только ужин наконец завершился, инспектор направился в конюшню и велел заседлать себе лошадь, вопреки протестам Ларош-Сент-Андре, напомнившего ему, что через час должно совсем стемнеть. Валантен надеялся, что верховая прогулка галопом под луной поможет избавиться от уныния, овладевшего им с тех пор, как у него на глазах погиб Кателино, пав жертвой смертоносного безумия какого-то офицера из того же лагеря, к которому принадлежал и сам инспектор. События, произошедшие после этого, и вовсе повергли его в депрессивное состояние – из этой ямы надо было немедленно выбираться, если он хотел завершить свою миссию и вернуться в Париж, к Аглаэ, до того как Вандея в очередной раз начнет гореть в огне и тонуть в крови. * * * Валантен выехал за ворота Мелье, пустил кобылу рысью и начал стремительно удаляться от замка. Он мчался куда глаза глядят, а на первой развилке позволил лошади самостоятельно выбрать, куда свернуть. Сейчас ему важно было проветрить голову, и, вдыхая полной грудью теплый ночной воздух, молодой человек старался очистить разум ото всех мыслей. Он скакал по узкой тропе, петлявшей по лесу. Ветерок шелестел листвой деревьев, поглаживая кроны легкими касаниями. Внешнюю безмятежность бокажа больше ничто не нарушало, кроме уверенного топота копыт по твердой земле и могучего дыхания лошади. Разве что время от времени хрустели ветки в подлеске да раздавался отчаянный писк какого-нибудь грызуна, пойманного ночной хищной птицей. На прямой дороге между двумя рощами Валантен пришпорил лошадь, и та перешла в галоп. Мускулистые бока животного ходили ходуном у него под коленями, плотный поток ветра бил в лицо, и это приносило ему почти звериное наслаждение. Как же здорово было чувствовать себя живым! Правильно он все-таки сделал, что позволил себе вырваться из гнетущей атмосферы замка Мелье! В голове потихоньку прояснялось, напряжение отпускало. Прежде чем снова углубиться в подлесок, Валантен заставил лошадь перейти на шаг, чтобы теперь можно было спокойно поразмыслить, не заботясь об опасности, которую могли бы представлять в темноте низкие ветви деревьев для всадника на полном скаку. Убийство аббата де ла Нёя поначалу поставило его в тупик. Но теперь, после осмотра места преступления, когда эмоции схлынули и удалось на это взглянуть в новом ракурсе, он понимал, что четвертое убийство ничего не меняет в его предыдущих умозаключениях. И по очень простой причине: у него появились все основания думать, что смерть священника никак не связана с гибелью троих казначеев армейского корпуса Шаретта. Проводя осмотр трупа, инспектор заметил, что на шее нет тех следов, которые он видел у Ванвёвра и которые мог оставить железный обруч. Соответственно, хрящи гортани у аббата были целыми. А это означало, что священника, в отличие от врача, действительно задушили платком, обмотанным убийцей вокруг шеи и найденным на месте преступления. Было и другое существенное отличие: на этот раз перед убийством никто не слышал звуков флейты. А Валантен хорошо запомнил слова Видока. Бывший каторжник сказал ему однажды, что убийцы склонны четко воспроизводить один и тот же ритуал и могут отступить от него, только если им помешают. Еще одно обстоятельство обратило на себя внимание инспектора: он внимательно изучил руки священника и нашел у него под ногтями следы крови и крошечные кусочки кожи. Поскольку на его шее царапин не было, это могло означать лишь одно: аббат де ла Нёй не пытался освободиться от платка, раздирая собственную шею, – он впился ногтями в руки душителя. И это было очень полезное наблюдение. Валантен велел себе завтра утром внимательно приглядеться к рукам обитателей замка Мелье. Если удача ему улыбнется, он быстро вычислит убийцу. |