Книга Зловещая мелодия, страница 158 – Эрик Фуасье

Решительно сунув пистолет за пояс, чтобы его легко было выхватить, Валантен начал медленно обходить темное здание. Возле каждого окна он делал короткую остановку и проверял ставни в надежде найти тот, который удастся открыть. Так он дошел до угла старинной квадратной башни, осторожно обогнул его и уже собирался повторить маневр с боковым фасадом, как вдруг спохватился: «Черт! Ну какой же я идиот!»

Инспектор вспомнил, что, когда лорд Блэкберн показывал ему свою оранжерею, где проводил ботанические эксперименты, оттуда был виден черный ход – ступеньки вниз и небольшая дверь, наполовину утопленная в земле. По всей вероятности, она вела в погреб, и вход устроили так, чтобы туда легко было доставлять тяжелые бочки. Для человека, чьим наставником в искусстве взлома был сам Подвох, справиться с обычным замкóм – дело нехитрое, а учитывая, что погреб расположен вдали от жилых комнат, можно было не бояться, что обитатели дома услышат нечаянный скрежет или стук.

Ускоренным шагом Валантен двинулся к черному ходу. Как часто бывало в этих краях, подверженных влиянию моря, ночью поднялся ветер и теперь метался в буйных зарослях, ерошил полевые травы, трепал кроны, наполняя тьму тревожными шепотками. Как будто во владения Блэкбернов разом нахлынула вся нечисть, издревле бродившая по вандейской земле, пропитанной суевериями. Мальвуланы, алуби… Похоже, все злые духи назначили здесь общий сбор, чтобы встать на стражу этого необычного места и никому чужому не позволить сюда проникнуть. Человек слабый и впечатлительный тут непременно заробел бы, но кому, как не инспектору Верну, было знать, что все зло в этом мире воплощается в простых смертных и что обычные на вид люди порой оказываются страшней и беспощаднее самых жутких порождений кошмаров. Не обращая более внимания на шепчущее и завывающее ночное сборище, он продолжил путь, придерживаясь тени здания, пока не добрался до поросших мхом ступенек, которые спускались к дверной створке.

Валантен прищурился и наклонился, чтобы рассмотреть замóк. В нос ударил запах сырой земли – неприятный, навевающий мысли о свежей могиле на кладбище под дождем. Он тряхнул головой, прогоняя эту несвоевременную ассоциацию, и сосредоточился на механизме, который ему нужно было взломать. Как он и ожидал, дело выеденного яйца не стоило, а подаренная Подвохом отмычка – Валантен всегда носил ее с собой – помогла ему открыть дверь всего за несколько минут и совершенно бесшумно.

Дверь эта и правда вела в погреб. Внутри пахло яблоками, вином и старым деревом. Слабый лунный свет позволил ему различить в полумраке бочки и здоровенные, оплетенные соломкой бутыли, аккуратно расставленные вдоль оштукатуренных стен. Ступив в погреб, Валантен с удовлетворением обнаружил, что не чувствует здесь ни малейшего недомогания. Раньше, едва он оказывался в замкнутом пространстве под землей, у него начиналось головокружение и подкашивались ноги. Память о страданиях, пережитых давным-давно в погребе Викария, возвращалась приступами паники и удушья. Однако на этот раз он ничего подобного не испытал. Вероятно, потому, что он не мог думать ни о чем, кроме того, что происходило здесь и сейчас, и торопился любой ценой узнать всю правду о Блэкбернах.

Валантен достал из кармана скрученный в клубок провощенный фитиль и так называемое «огниво Фюмада», представлявшее собой маленькую коробочку с двумя отсеками. Из первого отсека извлек серную спичку, обмакнул ее в кислоту, содержавшуюся во втором, – и тотчас вспыхнуло слабое, дрожащее пламя. Он подпалил провощенный фитиль, и на стенах заплясали зыбкие тени.