Книга Зловещая мелодия, страница 181 – Эрик Фуасье

К счастью, она прервала его размышления:

— Как же вы собираетесь его нейтрализовать?

— Нужно действовать, пока он правит лошадьми. С одним пистолетом и одной пулей мы не имеем права на ошибку. А когда прибудем к месту назначения, неизвестно еще, как все повернется.

— И какой у вас план?

— Я вылезу на крышу кареты и нападу на него сверху.

— Довольно опасный маневр. Если сорветесь, сломаете себе шею.

Валантен обреченно взмахнул рукой:

— Еще несколько минут назад я был уверен, что нас ждет верная смерть. Так что бездействовать из-за того, что есть риск погибнуть, было бы глупо. Я, однако, рассчитываю на вашу помощь. Подстрахуйте меня, когда я буду забираться на крышу.

Прекрасно понимая, что доверяет свою жизнь преступнице, но зная при этом, что у него нет выбора, Валантен открыл ближайшую дверцу. Берлина оставила лесополосу позади, и теперь лошади несли ее на полном скаку по безлюдной равнине. Прежде чем приступить к делу, Валантен энергично растер кисти, чтобы восстановить циркуляцию крови и подвижность суставов – руки у него почти онемели из-за того, что долго были связаны. Затем Эмили де Миранд крепко взялась за его крестьянскую рубаху, он качнулся спиной вперед и одновременно вскинул обе руки – вслепую ухватился за бортик наверху, подтянулся рывком и закинул ноги на крышу. Все это ему удалось проделать вопреки тому, что берлину немилосердно трясло на выбоинах и колеях дороги.

Распластавшись ничком на лакированных досках и широко раскинув ноги, Валантен некоторое время восстанавливал дыхание. Когда берлина закончила стремительный поворот, он встал на четвереньки, достал пистолет, но едва успел взвести курок – Берне, услышав столь знакомый ему звук, вздрогнул и начал оборачиваться.

Валантен, не медля ни секунды, нажал на спусковой крючок. Курок сработал, но выстрела не последовало – возможно, механизм заклинило, когда пистолет упал.

— Ах ты сволочь! – прорычал Берне, с удивлением увидев инспектора Верна. – Ну, сейчас ты свое получишь! – Бросив вожжи, он тоже выхватил оружие.

Но Валантен оказался проворнее. Прицельно брошенный им пистолет, ставший уже бесполезным, попал в правую руку человека в черном, и тот выронил свое оружие.

С бешеным воплем Берне прыгнул на Валантена. Пока лошади уносили берлину дальше по дороге, двое мужчин, схватившись в рукопашной, перекатывались по крыше – ярость кровавой пеленой застилала обоим глаза, вынуждая терять осторожность, и несколько раз они свешивались за край так, что оба могли сорваться.

Поначалу преимущество было на стороне Валантена, но противник, очевидно более опытный в ближнем бою, начинал мало-помалу его одолевать. Оказавшись сверху, Берне ухитрился нанести молодому полицейскому удар кулаком в висок, оглушив на несколько секунд, затем с победным кличем привстал, зажав коленями его предплечья, и принялся душить обеими руками. Подвижная половина парализованного лица была искажена ненавистью и нездоровым, почти экстатическим ликованием. В этой схватке Берне развернулся спиной по ходу движения, и потому не мог заметить, что берлина стремительно приближается к новой лесополосе, а когда почуял опасность, было уже поздно. Толстая ветка дерева хлестнула человека в черном по затылку через мгновение после того, как лошади пронеслись под ней во весь опор. Удар был таким сильным, что череп развалился, как перезревший арбуз.