Книга Искатель, 2012 №2, страница 51 – Владимир Лебедев, Татьяна Косова

— Наверное, так положено, — предположила я. — Он у всех должен спросить, что делали в момент убийства.

— А может, все-таки убили хулиганы? С целью ограбления? — задумчиво предположила Улька. — Например, хотели взять бумажник, но кто-то их напугал и они не успели.

— Следователь не верит в это, хулиганы не владеют особыми приемами и обычно не способны просто так взять и сломать человеку шею.

— Это сделать гораздо проще, чем тебе кажется, — возразила Улька.

— Тебе — да. Ты владеешь специальными знаниями. А вот для меня, например, это совершенно немыслимо.

— И для меня, — пискнула Лизка.

— Может быть, все-таки надо было сказать полицейским насчет рукописи? Сперва он возле нее остановился и, как мне кажется, удивился чему-то, потом Тереза всякую чушь понесла... — сомневалась я.

— Ерунда! — отрезала Ульяна. — Как я теперь жалею, что не дала ему высказаться!

— Вот-вот, если бы он задал свой вопрос, мы бы сейчас не мучились.

— Почему ты думаешь, что это обязательно был бы вопрос? — поинтересовалась Лизавета. — Может быть, он просто что-то сказать хотел.

Это было правильно, крыть мне было нечем, и я согласилась.

— Может быть. Вот если бы сказал...

— Тогда сейчас мы бы не занимались бессмысленным гаданием на кофейной гуще, потому что это наверняка было бы что-нибудь совсем обыденное, — подытожила Ульяна. — Сказал бы, что замечательный экспонат, или что-нибудь в этом роде. А мы теперь голову себе ломаем.

Я промолчала. У меня осталось совсем другое впечатление, но впечатление — штука эфемерная, и практичная Улька его, конечно же, в расчет не примет.

Не собирался он просто восхищаться экспонатом. К тому же я знала, что в зале были куда более впечатляющие экземпляры рукописей — и старше этой, и эффектнее. И я хорошо помнила выражение лица Морячка, когда он смотрел на них, — вдохновленное, чуть ли не счастливое. Он шел вдоль стен, быстро читая таблички, переходил от одной рукописи к другой, а потом дошел до этой, роковой, и тут на лице у него — я отчетливо помнила — появилось какое-то детское удивление, и он повернулся к Ульке, хотел что-то сказать... нет, наверное, все-таки хотел спросить что-то... но она поторопила его и всех остальных, и он пошел за ней следом. Оглянулся он? Нет.

Я встрепенулась, оторвалась от своих мыслей и обнаружила, что Ульяна внимательно за мной наблюдает.

— Ну? — сказала она насмешливо. — И каков итог твоих размышлений?

— Пусть полиция сама делает свое дело, — сказала я решительно.

— Речь не девочки, но мужа, — рассмеялась Ульяна.

— Пошли посмотрим на рукопись, — предложила вдруг Лизка.

Против ожиданий Ульяна не стала спорить, и мы вышли в коридор. Народу было полно, но в интересующем нас зале меньше, чем в других местах. Мы подошли к пресловутой рукописи. Она была последней в ряду, и мы дружно на нее уставились.

— Вот, пожалуйста. Содержит список химических элементов, который не представляет собой никакой ценности, — прокомментировала Ульяна.

— Откуда ты знаешь, что не представляет?

— Оттуда! Мы проверяем все экспонаты. Если бы этот перечень представлял собой какую-то особенную ценность, это резко подняло бы стоимость рукописи. Ведь все экспонаты оценены, причем страховая компания за этим особо смотрит. К тому же в таком случае рукопись, скорее всего, просто не дали бы на выставку.