Книга Мама поневоле, страница 19 – Слава Доронина

Не помню, как отключилась. Кажется, я заснула, полностью обессилев, и не могла пошевелиться от изнеможения. Мне снились тяжелые и беспокойные сны, пропитанные тревогой и разными страхами. Я резко открыла глаза и, поморщившись от боли в висках, уставилась в одну точку, прислушиваясь к собственным ощущениям: чувство было такое, как будто я бодрствовала несколько дней подряд.

В комнате было темно, жалюзи плотно закрыты, и кругом стояла оглушительная тишина. Я повернула голову в сторону и встретилась с пристальным взглядом янтарных глаз. Мужчина сидел по пояс голым в кресле недалеко от дивана, откинувшись на спинку дивана, вытянув длинные ноги вперед, и смотрел на меня. Перед ним на столе стояла все та же бутылка и стакан. Его грудь размеренно поднималась и опускалась в такт его дыханию. На секунду мне показалось, что мне все померещилось, и в комнате никого, кроме меня, нет, а все происходящее всего лишь тревожный сон, а его образ – видение. Я отвела глаза от мужского лица и наткнулась взглядом на свою одежду, которая лежала на полу.

Решительно опустив ноги на пол, я поднялась с дивана, чтобы собрать вещи и наконец-то уйти из этой комнаты, но, не простояв и пары секунд, упала обратно. Тело все еще не слушалось меня: то ли это были отголоски того «чудесного» напитка, то ли активно проведенные несколько часов с мужчиной, я не знала. Мне хотелось как можно скорее покинуть это место, забыть об этой ночи, незнакомце и Алине. Особенно о последней. Сегодня же швырну ей все вещи в лицо и скажу, чтобы больше порог моей квартиры не переступала. Благодетельница! Чувство злости на подругу придало мне сил. Я нисколько не освобождала себя от ответственности и понимала, что сама согласилась на секс с совершенно посторонним и незнакомым мужчиной, но что теперь об этом думать? Дело сделано.

— Я отвезу тебя домой.

Я перевела заторможенный взгляд на мужчину и опустила глаза на бутылку и стакан.

— С меня определенно хватит на сегодня экстрима, – проговорила я, понимая, что и без того перевыполнила лимит по глупости.

Губы мужчины дрогнули, а на лице появилось жесткое выражение.

— Мой водитель будет за рулём.

Он сканировал меня своим тяжелым взглядом. Меня пробрала странная дрожь от его голоса, а на коже снова выступили мурашки. А ведь я должна уже была оправиться от дурмана? Или сколько времени он действовал? А сколько времени прошло с момента, как я переступила порог этой комнаты? Мария Гавриловна, наверное, с ума сходила от волнения и места себе не находила, пока я тут...

— Не нужно, – я слабо качнула головой и тут же пожалела, что вообще пришла в себя, чувствуя звон в ушах и слабость во всем теле. В таком состоянии я бы не отказалась от чашки сладкого и крепкого чая, чтобы хоть немного вернуть способность ясно мыслить. – Я вызову такси, – тихо проговорила я.

Мне только не хватало продолжать это «знакомство». Неизвестно еще, что он был за тип. Кажется, я начала приходить в себя, размышляя о таких правильных вещах? Аллилуйя!

— Хорошо, – он поднялся на ноги, взял со спинки кресла черный свитер и натянул его на тело одним легким движением. – Называй адрес, я вызову машину.

Я видела, что он потянулся к телефону, который лежал на столе, взял его в руки и вызвал такси, называя адрес этого притона, который теперь навечно высечется в моей памяти. Затем взял в руки бумажник и достал несколько зеленых купюр. Положил деньги на стол и выжидающе посмотрел на меня, словно ждал от меня каких-то слов. Или я ценник должна была ему сейчас свой озвучить?