Книга Дьявольская лилия, страница 114 – Розелин Эш, Саша Леоне

Я с ужасом смотрю, как все больше людей Максимо падают. Это не просто безымянные солдаты — это мужчины, для которых я пекла, с которыми играла, смеялась... и теперь они падают один за другим, их жизни угасают прямо передо мной.

Дерьмо, дерьмо, дерьмо.

Вся серьезность ситуации обрушивается на меня, когда я осознаю это. Мое сердце тонет от ужаса, и я поднимаю руку, чтобы грызть ногти — старая нервная привычка, от которой я, казалось, уже избавилась. Теперь я понимаю, почему Марко так быстро провел меня в эту комнату безопасности. Это не просто нападение. Это откровенная бойня.

Я отнимаю руку от рта и прижимаю ее к бедру, заставляя себя думать. Марко велел мне сидеть на месте, но как, черт возьми, я могу это делать, зная, что происходит снаружи?

Что, если они каким-то образом проникнут сюда?

Что, если...

Нет. Я не могу так думать. Я должна сохранять спокойствие. Я должна...

Затем я вижу его.

Мужчина в центре. Со стороны врага. Он в темной тактической экипировке, голова и лицо закрыты маской-балаклавой, но что-то в том, как он двигается и стреляет, задевает за живое. Ужасающее, глубокое чувство узнавания. Когда он оглядывается на другого мужчину — более широкого, коренастого — край его балаклавы смещается, открывая блеск рыжих волос. Рыжие волосы. У меня перехватывает дыхание. Нет, не может быть. Он натягивает маску обратно, но уже слишком поздно — я заметила крошечные темные чернила на внутренней стороне его запястья.

— Боже, нет, — шепчу я в ужасе, пока мой мозг пытается осмыслить то, что я вижу. Роан. О нет. О нет. Мой брат убивает людей Максимо. Что означает...

Я бегу, не успев додумать мысль, вырываясь из комнаты безопасности, через гардеробную, по коридору. Мои босые ноги шлепают по полу, когда я спускаюсь по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Я должна остановить его. Мне нужно остановить его, пока еще больше людей не погибло бессмысленно.

Картина, открывающаяся мне, когда я вылетаю за входную дверь, — это абсолютный хаос. Мои уши звенят от оглушительной стрельбы, рикошетящей в маленьком замкнутом пространстве, а нос морщится от удушающего запаха пороха, пота и крови. Взгляд Марко находит меня, и выражение чистого ужаса на его лице было бы почти смешным, если бы все не было так смертельно серьезно.

— Возвращайтесь внутрь, — беззвучно шепчет он, отчаянно пытаясь не привлекать ко мне внимания, стараясь незаметно прогнать меня обратно в дом. Но я игнорирую его. Мой взгляд сосредоточен на вражеской линии впереди.

— Прекратите стрелять! — кричу я, но мой голос теряется в грохоте выстрелов.

Пуля пролетает мимо меня, так близко, что шевелит мои волосы, и мое сердце уходит в пятки. Время, кажется, замедляется, когда я вижу, как она пронзает живот Марко.

— Нет. Марко! — Он отшатывается к стене, зажимая рукой расплывающееся красное пятно, распространяющееся под рубашкой, но даже тогда его хватка на пистолете остается твердой. Стиснув зубы, он выпрямляется и продолжает стрелять.

Решимость пронзает меня, как дикий огонь, сжигая шок. Прижавшись к стене, я продвигаюсь вдоль ее поверхности к другой стороне, крича имя Роана во все горло.

— Роан! Роан! — Снова и снова, пока горло не начинает болеть.

Ничего.

Проходя, мои пальцы натыкаются на что-то — брошенный пистолет. Да. Осторожно, чтобы не попасть под обстрел, я наклоняюсь, чтобы поднять его. Мои пальцы дрожат, когда я проверяю патронник. Осталась одна пуля. Пожалуйста, пусть это сработает.