Книга Дьявольская лилия, страница 46 – Розелин Эш, Саша Леоне

Затем дверь открывается за моей спиной, и я оборачиваюсь, видя Максимо, входящего так спокойно, как будто ничего не произошло. Конечно. Конфиденциальность для него ничего не значит. Он снимает пиджак, позволяя ему упасть на пол, и начинает расстегивать пуговицы рубашки.

— Какого черта ты делаешь? — требую я, отказываясь верить в ответ, который подсказал мне мозг. Он не может ожидать...

— Готовлюсь консуммировать брак. Снимай одежду, Элира, если, конечно, ты не хочешь, чтобы я сделал это за тебя.

— Ты должно быть, хочешь умереть. Ты знаешь, как я зла сейчас? Тронешь меня и я откушу тебе голову! — угрожаю я, имея в виду это каждой клеткой своего существа.

Но он даже не останавливается; эти наглые пальцы продолжают расстегивать одну пуговицу за другой, пока рубашка не присоединяется к пиджаку на полу, открывая широкую, загорелую, мускулистую грудь.

Мои глаза сразу же останавливаются на прекрасной палитре цветов на его левой руке, поднимающейся от запястья к лопатке. У меня перехватывает дыхание, и я отвожу взгляд, злясь на себя.

Будь он проклят за то, что он такой чертовски привлекательный. Я начинаю сканировать комнату в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать как оружие — лампа, тяжелая книга, стул? — пока его следующие слова не вышибают воздух из моего гнева.

— Ты понимаешь, что если мы не консуммируем этот брак, его легко можно оспорить как незаконный? Я не собираюсь рисковать. — Он говорит это небрежно, как будто объясняет мелкую техническую деталь в контракте. — И если тебе нужно напоминание, все это прописано в брачном контракте, который ты подписала. — Он расстегивает часы и аккуратно кладет их поверх снятой одежды.

— Быть не может. Это не так. — Но неуверенность ослабляет мой протест. Я не вчитывалась в мелкий шрифт, когда подписывала эту чертову бумагу. В тот момент меня волновало только одно — сделать все, чтобы моя семья осталась в безопасности.

Максимо выходит из комнаты, не сказав ни слова, и на мгновение я осмеливаюсь надеяться. Я с облегчением выдыхаю. Неужели он действительно сдается?

Но нет, ни единого шанса. Он возвращается так же быстро, размахивая бумагой — брачным контрактом. Невероятно. Я выхватываю его у него из рук и лихорадочно пробегаю глазами, пока не нахожу нужное место. Мое сердце останавливается, а затем начинает биться в два раза быстрее. Что-то тяжелое и расплавленное скапливается внизу живота — смесь ярости и... чего-то еще. Чего-то, что посылает жар между бедрами и ненависть к себе в душу.

Это просто биология, говорю я себе. Чисто животная реакция на привлекательного самца. Не более.

Пункт спрятан мелким шрифтом, почти невидим, если не искать специально.

Брак должен быть консуммирован, чтобы стать обязательным. И впоследствии невеста предоставляет своему мужу доступ к своему телу, если он того пожелает, в противном случае он будет иметь полное право аннулировать брак.

Так вот в чем дело? Он аннулирует брак, если я не дам ему доступ к своему телу? Я таааак напугана.

— Отлично. Неси документы об аннулировании. Думаешь, мне есть дело? Давай закончим этот цирк прямо сейчас.

— Ты ведь знаешь, что единственное, что спасает твоего драгоценного отца и брата от моей пули, это... — Он делает паузу, чтобы помахать рукой между нами. —...этот брак.