Книга История дворца Куньнин. Книга 2, страница 219 – Ши Цзин

«До чего же вторая барышня прозорлива! – подумала она. – Предвидела даже, что покупатель, попав на крючок, попытается сбить цену».

— Сколько же вы готовы предложить? – спросила Ю Фанъинь, хмуря брови.

— А сколько паев вы хотите продать?

— Пятнадцать тысяч.

Мысленно ахнув, Люй Сянь приподнял бровь:

— Тринадцать тысяч лянов.

Барышня помрачнела и холодно произнесла:

— Похоже, вы не слишком заинтересованы в покупке.

— Напротив. Я искренне заинтересован, – усмехнулся торговец.

Хотя Ю Фанъинь дала понять, что разговор окончен, незваный гость уходить не желал. Постукивая пальцем по краю стола, он беззаботно заметил:

— Значит, вам или тому, кто за вами стоит, не хватает пятнадцати тысяч лянов.

В глазах девушки вспыхнул гнев, и Люй Сянь убедился, что попал в самую точку. Ощущение полного контроля над ситуацией доставляло ему настоящее удовольствие. Мужчина чувствовал себя хозяином положения, уверенный, что обнаружил уязвимое место противника.

— Не нужно так на меня смотреть, барышня Ю, – вальяжно добавил он. – Мы ведь говорим о торговых делах, верно? У каждого купца случаются трудные времена, когда необходимы деньги. Я же всегда стараюсь помочь, если есть возможность. Раз вам не хватает пятнадцати тысяч, отдайте семнадцать тысяч паев. Заключим сделку, и вам не придется бегать по городу в поисках денег.

Похоже, его слова попали в цель. Люй Сяню показалось, что на лице Ю Фанъинь отразилось замешательство, будто она и впрямь задумалась над предложением. Торговец уловил ее настроение и продолжил уговаривать, удвоив усилия. Взывая к благоразумию барышни, он красочно расписывал, что случится, если пытаться продать все паи разом: люди заподозрят, что с соляным промыслом что-то не так, и сбыть паи не удастся. Однако Ю Фанъинь не уступала. Тогда Люй Сянь применил свой излюбленный прием.

— Я вам все объяснил, и все же вы не согласны. Значит, сделка не состоится, – сказал он и поднялся.

Сложив перед собой руки, гость поклонился и вышел из комнаты. Ю Фанъинь его не удерживала. Тот принялся мысленно считать. На счет «три» за спиной раздалось торопливое:

— Господин Люй, погодите!

Торговец расплылся в самодовольной улыбке.

«Дело сделано», – подумал он. Способ торга был старый, зато безотказный. Однако Люй Сянь стоял к девушке спиной, поэтому не увидел, как на лице тихой простушки тоже промелькнула улыбка – с оттенком облегчения. Один срочно искал деньги, другой хотел заполучить паи. Они быстро сошлись. Люй Сянь, уверенный в успехе, пришел с расписками на серебро и с печатью. К его удивлению, Ю Фанъинь тоже носила печать при себе и прямо на месте заключила договор. Барышня скрепила договор, а мужчина отдал деньги. Первая получила расписки на серебро, а второй – соглашение с оттиском.

Уходя из храма Байго, Люй Сянь был в восторге: большая часть паев соляного промысла оказалась в его руках! Оставалось дождаться, когда в карманы потечет серебро. Однако, когда мужчина отошел на три ли, улыбка застыла у него на губах. Бумаги лежали за пазухой, и перед мысленным взором торговца всплыла картина: дочь наложницы из дома Ю достает спрятанную у груди печать. В его голове загудело: кто идет в храм возжигать благовония и берет с собой печать? Выходит, Ю Фанъинь тоже была заранее уверена в успехе и подготовилась! Он явился, чтобы нажиться на чужой беде, а выходит, добыча поджидала охотника? Эта мысль обдала его холодом. Люй Сянь понял, что поторопился.