Книга История дворца Куньнин. Книга 2, страница 221 – Ши Цзин

— Спускайтесь и тщательно обыщите тела. Посмотрите, нет ли среди вещей того, что нужно господину.

Несколько теней соскользнули вниз. Проверив тела, они не нашли письма, зато нашли внушительную пачку расписок на серебро. Один из подчиненных передал ее Дао Циню и нерешительно доложил:

— Больше ничего нет.

Юноша нахмурился. Убитые выполняли тайные распоряжения Гунъи Чэна. Откуда у них при себе такая сумма? Целых пятьдесят тысяч лянов! У Дао Циня зародилось дурное предчувствие. Переменившись в лице, он спустился с башни, вскочил в седло и во весь опор помчался к «Пристанищу под сенью бамбука».

В комнате горел свет. Внезапно послышался треск: заискрил фитиль лампы. Люй Сянь с мрачным видом щелкал костяшками счетов, и в тишине перестук казался особенно громким. Се Вэй крутил в пальцах белый нефритовый камешек для вэйци. Он смотрел на игровую доску уже давно, но так и не сделал хода. Лишь когда мальчик-слуга доложил о возвращении Дао Циня, младший наставник резко поднял голову. В глубине его глаз сверкнула убийственная решимость. Вошел юноша.

— Ну? – спросил Се Вэй.

Тот, понимая, что дело срочное, не посмел говорить лишнего и положил на стол расписки на серебро.

— Письма, которое Гунъи Чэн велел им доставить, не нашли. При убитых обнаружили только пятьдесят тысяч лянов.

— Только расписки, а письма нет?

У Се Вэя похолодело на сердце, дрожь пробежала по позвоночнику и охватила все тело. Он слишком хорошо знал человеческую природу и почти сразу понял, что произошло: потеряв связь с Гунъи Чэном, его люди поддались соблазну и обменяли письмо на деньги. Младший наставник так крепко сжал нефритовый камешек, что тот врезался в ладонь. Лицо Се Вэя накрыла жестокая, мрачная тень. Черные и белые камешки на доске мельтешили перед глазами, вызывая досаду и раздражение. Мужчина резко взмахнул рукой, и доска с грохотом полетела на пол, а камешки рассыпались по всей комнате. Их грохот нарушил звенящую тишину. У Люй Сяня и без того было скверное настроение, но сейчас он не смел даже громко вдохнуть. Взгляд торговца случайно скользнул по распискам.

— Хм! – удивился он.

Две верхние бумаги показались ему знакомыми. У него екнуло сердце, а в голове зародилась поразительная догадка. Люй Сянь схватил пачку и принялся перебирать расписки. Его глаза разгорались все ярче, сердце колотилось как бешеное, а в груди нарастало странное возбуждение. Торговец выдернул из пачки пятнадцать расписок и положил их перед Се Вэем.

— Посмотри. Узнаешь?

— Что именно? – нахмурился тот.

Люй Сянь сделал глубокий вдох:

— Это те самые расписки, что я отдал днем за паи соляного промысла! Все пятнадцать – из меняльной лавки «Согласие». Не только отметки, даже заломы на бумаге от моего кармана один в один!

Значение неожиданного открытия было совершенно очевидным. Опасаясь, что Се Вэй ему не поверит, торговец торопливо разложил пятнадцать расписок на столе и указал на каждую характерную деталь.

— Я еще удивлялся, почему кто-то вдруг решил продать паи, когда они только начали стремительно расти. Оказалось, все ради этого! Если отдавший эти расписки и есть покупатель письма, значит, он тесно связан с дочерью наложницы из дома Цинъюань-бо!

Более того… кто станет выкладывать такую сумму за улику против рода Юнъи-хоу? Либо смертельный враг, мечтающий уничтожить семью, либо… Се Вэй притих. Его длинные пальцы мягко легли на край одной из расписок. Размышляя, он отогнул уголок и заметил на кромке бумаги капли туши. Мужчина нахмурился. Его взгляд словно приковало к распискам. Люй Сянь заметил, куда смотрит гость, и озадаченно протянул: