Книга Тысячи испытаний, страница 120 – Тан Ци

Юноша рассмеялся:

— Тетушка, это выражение теперь не совсем уместно. Пока вы ходили в Персиковый лес за лекарством, юная принцесса лазурных птиц случайно забрела в пещеру и украла нашего принца. Будь вы последовательной, послали бы меня к лазурным птицам, чтобы вернуть его высочество.

— К тому времени его раны уже начали заживать, к чему было поднимать шум? – равнодушно ответила девушка. – Мы с тобой и так заботились о нем несколько дней. Можно сказать, лазурные птицы облегчили нам жизнь, забрав принца к себе для дальнейшего лечения.

Ее спутник возразил:

— Облегчить-то облегчили – но всего на пару дней. И теперь вы ради его высочества уже две ночи подряд преодолеваете по тысяче ли в день, это ли простая жизнь?

Девушка вздохнула:

— Лазурные птицы хоть и не усугубили его состояние своим лечением, но и не сильно-то помогли – выздоровление идет очень медленно. Если бы я об этом не знала, то и ладно, но раз знаю, оставаться в стороне как-то нехорошо. Да и это лекарство я просила для принца, мне оно без надобности. Теперь отдам ему, он скорее восстановится – хорошо ведь.

Затем незнакомка снова вздохнула:

— По сравнению с Чжэ Янем старик Куншань просто ничтожен. Позор искусства врачевания.

Юноша тоже вздохнул:

— А кто по сравнению с высшим богом Чжэ Янем не ничтожен? Нет таких.

Пока они говорили, пилюля превратилась в порошок. Девушка сняла обувь, взобралась на ложе принца, села рядом с ним в позу созерцания, правой рукой сложила мудру и начала, сочетая с чарами, давать лекарство усыпленному принцу.

Маленькая Цзу Ти за резным оконным переплетом затаила дыхание.

Из разговора этих двоих стало ясно, кто пожаловал к наследному принцу.

Скорее всего, это была его невеста, высшая бессмертная Бай Цянь.

Говорили, что Бай Цянь намного старше юного наследника Небес и этот брак будет не очень удачным, но богиня света, судя только по внешности, для себя решила, что эти двое просто созданы друг для друга.

Ранее Цзу Ти обсуждала с братцем Лянем, почему Бай Цянь спасла принца, но никому об этом не сказала. Тогда братец Лянь предположил, что, возможно, владычица Цинцю, спасая Е Хуа, не знала, кто он такой, а потом, узнав личность Е Хуа, не захотела иметь с ним ничего общего, вот и устроила так, чтобы спасительницей наследного принца считали Чжу Юй.

Тогда маленькая богиня нашла это предположение очень правдоподобным и пожалела Е Хуа. Но, судя по сегодняшней ночи, кажется, все они ошибались? Цзу Ти призадумалась.

На хрустальном ложе Бай Цянь закончила творить заклинания, и лекарственный порошок, окутанный серебряным светом лечебных чар, весь вошел в тело принца. Но, возможно, снадобье оказалось сильнодействующим и вызывало неудобство, потому что на лбу принца выступили капельки пота.

Бай Цянь слегка нахмурилась, наклонилась ближе к Е Хуа, затем коснулась тремя пальцами запястья его левой руки, слушая пульс. Когда она убедилась, что с принцем все в порядке, складка меж ее бровей разгладилась. Богиня попыталась отодвинуться. Но в этот момент принц, который, как они думали, спал под действием заклинания, внезапно удержал Бай Цянь за руку и медленно открыл глаза.

Ми Гу издал изумленный возглас.

Бай Цянь тоже удивилась. Она взглянула на руку, которую держал принц, затем на самого принца, слегка улыбнулась и тихо сказала: