Книга Тысячи испытаний, страница 216 – Тан Ци

Дун Хуа приподнял брови.

— Ты пробудилась всего несколько месяцев, но уже успела так хорошо изучить историю новой эпохи. – Он взглянул на лежащий внизу труп демона. – Возможно, Цин Цзян уже полностью усвоил и подчинил себе силу лепестков Падма, но, очевидно, он еще не нашел способа наделить этой силой целую армию. Однако…

Владыка нахмурился, не закончив фразу. Его лицо помрачнело.

Поскольку совещание было важное, Шуан Хэ, удивительное дело, не уснул. Но даже внимательно выслушав всех от начала до конца, он понял лишь половину. Кроме того, Шуан Хэ понятия не имел о гласных и негласных правилах – он считал, что если чего-то не понимаешь, надо спрашивать. Увидев, что владыка умолк и все погрузились в тягостное молчание, Шуан Хэ поднял руку:

— У меня есть вопрос. Вы только что сказали «однако», что значит это «однако»?

Прежде чем Дун Хуа успел ответить, слово взяла Цзу Ти. Она мягко и терпеливо пояснила для Шуан Хэ:

— Как правило, любое существо, вобрав в себя силу цветка Падма, должно погибнуть – души просто разрываются, не выдерживая подобной мощи. Так произошло с этим командиром демонов. Но мы уже знаем, что Цин Цзян способен сосуществовать с цветком Падма. Если удастся разгадать, как его тело оказалось способно вместить скверну, можно будет создать множество тел, способных сосуществовать с силой цветка, и перенести ее в них. Тогда Цин Цзян получит свою непобедимую армию.

Она помолчала.

— Владыка Дун Хуа хотел сказать, что хотя по состоянию этого трупа видно, что Цин Цзян еще не нашел надежного способа переносить силу цветка в тела своих воинов, но… если ему это удастся и у него появится армия, то рано или поздно он сможет сокрушить строй Сумеру в горчичном зерне, и тогда клан богов окажется в большой опасности.

Когда до Шуан Хэ дошло сказанное, его лицо потемнело так же, как у всех.

Тягостную тишину вдруг нарушил Лянь Сун:

— Значит, лучший способ упредить беду – это покончить с Цин Цзяном прежде, чем он найдет способ передавать силу цветка Падма.

Третий принц говорил решительно, пальцем постукивая по кончику веера Усмирения зла.

— Однако Цин Цзяна нельзя убить. Возможно, нам остается лишь последовать примеру Бога-Отца и запечатать его.

Все сидевшие ниже в замешательстве переглянулись.

Цзу Ти уловила ход его мыслей и тихо предупредила:

— Но нынешний Цин Цзян уже не тот, что прежде. Он обладает силой трех лепестков цветка Падма, что равно силе трех миров. Обычная печать его не удержит.

Лянь Сун, однако, не растерялся. Он с улыбкой взглянул на богиню света:

— Ты забыла, что объединенная сила наших изначальных духов способна сдерживать и растворять часть силы клинка Императора Запада?

Бог воды предположил:

— Сила клинка – это сила цветка Падма, переработанная Цин Цзяном под себя. Суть этой силы – пять основополагающих составляющих природы, только отравленных скверной. Из-за этого я думаю: не потому ли наши с тобой объединенные силы могут сдерживать и растворять ее, что чистая сила пяти составляющих природы может побороть силу оскверненную?

Брови Цзу Ти дрогнули. Она медленно проговорила:

— Это… звучит очень разумно.

Ее ум тоже работал быстро. Кроме того, будучи великим мастером создания пространственных построений, богиня света тут же наметила путь.