Книга Тысячи испытаний, страница 6 – Тан Ци

Посланник богини света не собирался разоблачать обман. В конце концов, проникновение во дворец Верховного небожителя Лин Бао, пусть и вынужденное, не делало ему чести.

Возможно, заметив рассеянность спутника, Чжаоси помахал рукой перед глазами Инь Линя, а затем, нахмурившись, одними губами спросил: «Что с тобой?» Только тогда Инь Линь очнулся, покачал головой и беззвучно ответил: «Ничего».

Когда он снова посмотрел в сторону богов, то увидел, что Яньлань уже не нуждается в помощи Су Цзи. Придерживая юбку, она поклонилась дяде и племяннику.

— Винить следует меня. Я недостаточно искусна, потому и задержала наследного принца. Знала бы раньше – не просила бы третьего принца взять меня с собой. Мне действительно стыдно. Надеюсь, наследный принц не будет на меня сердиться, и надеюсь… – она перевела взгляд повлажневших глаз на Лянь Суна, и в них отразилась трогательная беспомощность, – …третий принц не будет сердиться тоже.

Изящный поклон – сама кротость и мягкость во плоти, – чуть раскаяния в голосе, немного застенчивости. Яньлань всем своим видом вызывала сочувствие.

Юный Е Хуа отступил на полшага в сторону, не позволив Яньлань склониться в слишком уж глубоком поклоне, и строго сказал:

— Это я не сумел защитить вас, не смею принимать извинения.

Девушка с благодарностью улыбнулась ему, затем снова посмотрела на Лянь Суна, но тот, опустив глаза, размышлял о чем-то своем. Е Хуа тоже взглянул на третьего принца и, увидев, что он, кажется, отвлекся, с некоторым недоумением окликнул:

— Дядя?

Только тогда Лянь Сун поднял взгляд на Яньлань.

— Он не защитил тебя, конечно, это его ошибка. Однако ты обучалась у Изначальной владычицы Доу Му двадцать тысяч лет, а при встрече с врагом лишь трясешься от страха. Тебя и впрямь следует винить.

Яньлань изображала раскаяние не без умысла. Поскольку справедливый наследный принц никогда не обижал девушек, да и третий принц славился бережным отношением к красавицам, она подумала, что, если с беспомощным видом попросит прощение, эти двое не осудят ее и даже пожалеют. Однако она не ожидала, что третий принц не только не пожалеет ее, а, наоборот, отругает. Яньлань была потрясена и унижена. Кровь быстро отхлынула от ее лица, глаза покраснели.

— Я… я… – пробормотала она.

Но Лянь Сун уже направился к трупу Небесного Пса. Наследный принц Е Хуа последовал за дядей.

Су Цзи некоторое время смотрел на пристыженную Яньлань, которая тряслась так, будто могла рухнуть в любой момент, и думал, что стоят-то они на высоком продуваемом месте… «Эта красавица обучалась у госпожи Доу Му двадцать тысяч лет, но все еще похожа на бумажный фонарик, как бы не снесло ее ветром…»

С этими мыслями он поспешно сделал два шага вперед и поддержал ее. До него донеслись обрывки беседы идущих впереди Лянь Суна и Е Хуа. Первым заговорил наследный принц:

— О чем вы только что думали, дядя?

— Ты правда хочешь знать? – бесстрастно спросил третий принц.

Су Цзи давно общался с Лянь Суном и хорошо понимал: когда его высочество задает подобные вопросы таким вот тоном, это значит, что ловушка уже расставлена и лучше не отвечать. Но неискушенный наследный принц явно не знал о коварстве своего дяди и потому кивнул. И тогда он услышал крайне невозмутимое:

— Я всего лишь подумал, что в следующий раз, когда выдастся возможность потренировать тебя, мне, пожалуй, стоит отправиться в Цинцю и попросить о помощи высшую бессмертную Бай Цянь. Вероятно, тогда ты безо всяких наставников сообразишь, как одновременно и спутника защитить, и врага победить.