Книга Поднебесный дворец, страница 119 – Филиппа Райс

Несколько лет мы провели в коконе. Что заставило нас выйти на свет раньше срока? Му́ка? Нужда? Несмотря на преждевременное пробуждение, наше превращение было завершено. Мы были готовы вознестись на высший уровень развития. Вернуться на небеса. Но как могли мы вернуться, оставив на земле фрагмент нашей души? Наше дитя. Нашу заблудшую овечку.

Все, что нам оставалось, – это бороздить небосвод, наблюдать и ждать. Мы не могли уйти без нее.

Но что, если она откажется к нам присоединиться?

Нет, не откажется! Она согласится, когда узнает нас. Когда поймет нас.

Но что, если она нас не узнает? Что, если откажется понимать?

Тогда мы готовы ждать столько, сколько потребуется, пока она не поймет.

Горе никого не обходит стороной. Мы испытывали его много раз. Мы можем пережить и это.

Нет, пока остается надежда найти ее. Мы ждали. Искали. Вспоминали мир, каким он был, и заново повторяли все, чему научились.

Ивни вернулась в деревню. В копию своей деревни. Фальшивку, созданную в Резервуаре. Она решительно поднялась по тропе к общей зоне в центре деревни. Деревенские жители обступили ее. Ее дедушка, ее родители, дяди, тети, двоюродные братья и сестры не сводили с нее глаз.

— Ты дракон. Все это время ты был драконом, сожравшим мою деревню и всю мою семью.

— Мы понимаем, что тебе было неприятно видеть это.

— Ты всех их сожрал и теперь запудриваешь мне мозги, чтобы и меня съесть. Почему нельзя просто прилететь ко мне и сделать это? К чему обманывать?

— Ивни, мы тебя не обманываем. Твоя семья действительно здесь. Мы составляем разум этого существа. Этот коллективный разум зовется Мыя. Нам хотелось облегчить тебе выбор. Заслужить твое доверие, чтобы потрясение оказалось не столь сильным и ты в конце концов согласилась.

— Согласилась быть съеденной драконом?

— Согласилась вернуться к нам. Снова стать частью нашего сообщества.

Ивни обошла кострище кругом. Огонь в нем то вспыхивал, то гас. Здания вокруг постепенно тонули в земле.

— Я не хочу становиться частью горы трупов в драконьем брюхе.

— Мы единый разум существа по имени Мыя, – в один голос, нараспев, проговорила деревня, – выросшего на этой земле, впитавшего ее силу и сотканного из ее созданий, облик и память которых навеки сохранены в уникальной живой библиотеке. Ты тоже можешь стать частью этой библиотеки. Тебя будут хранить и ценить вечно. Возвращайся к нам.

— Еще чего! Хотите меня съесть – прилетайте и ешьте. Я не смогу вам помешать, как не смог никто из моей деревни, но мое согласие на это вы не получите.

— Мы, старейшины твоей деревни, дали на это свое согласие от лица всех жителей. Мы полностью удовлетворены таким решением. Ты тоже будешь счастлива, как прежде, когда вернешься в деревню. В наш дружный дом.

— Не верю, что они на такое согласились. Ты их обманул. Заколдовал. Я прекрасно видела, как странно они себя вели. Тем более не верю, что моя семья стала частью тебя. Они ни за что бы не захотели, чтобы меня сожрал дракон. Они бы… не захотели.

— Никто никого не обманывал. Это был их осознанный выбор. Живые существа на этой земле порой совершают самые неожиданные поступки. Иногда они выбирают не умом, а телом. Следуют мечтам.

— Ну да. Ты пошарил у них в головах, нашел какие-то мимолетные мысли о том, как интересно было бы слиться разумом с драконом, и пришел к выводу, что они действительно согласны на это. Так вот, послушай: я тебе никакого согласия не давала. Не хочу ни с кем сливаться разумом – ни с моими родственниками, ни с дедом Коливером, ни со стадом альпак, ни с каким-то мордатым, злобным, слепленным непонятно из какого сора, летающим чудовищем-переростком, которое выглядит так, будто вылезло из сточной канавы!