Книга Кайкейи, страница 68 – Вайшнави Патель

— О, не хотела тебя обидеть, госпожа.

— Я не обиделась. Думаю, это довольно забавно, что рани может быть такой бестолковой, – усмехнулась я.

Аша посмотрела на меня оценивающим взглядом.

— А у нас все гадали, застенчивая ты или гордячка.

— А оказывается, просто дурочка, – чуть улыбнулась я. Аша захихикала, и вскоре мы обе уже смеялись от души.

Разумеется, в эту самую минуту, ни раньше, ни позже, к шатру подошел Вирендра. Военный министр приподнял заслонку и нырнул под нее, что выглядело странно и неуместно. Я выпрямилась. Аша притихла, внезапно заинтересовавшись своим шитьем, но, судя по выражению лица советника, он был свидетелем нашего минутного легкомыслия и не одобрял его.

— Раджа Дашаратх просит тебя к себе, рани, – произнес он через несколько неловких секунд.

Я немедленно поднялась и вышла из шатра, выпрямив спину, не желая выдавать свое беспокойство перед Вирендрой, который, к моей досаде, тащился в двух шагах позади меня. В конце концов, у меня не было причин нервничать. Дашаратх был без сознания, у него нет никаких причин сомневаться в правдивости моего рассказа.

Но, может, он злится или стыдится из-за того, что его спас не кто-то другой, а я.

— Входи, – сказал Вирендра, когда мы пришли. – Он ждет тебя.

— О чем он хочет поговорить со мной? – спросила я, поворачиваясь к советнику, чтобы оттянуть время, и осторожно трогая тоненькую ниточку между нами.

Вирендра поджал губы.

— Полагаю, просто хочет побыть со своей женой. У него сильные боли, а он весь день занимался важными государственными делами.

Это было довольно похоже на правду.

— Вот как.

Я снова повернулась ко входу в шатер. Захочет ли Дашаратх спать со мной? Обычно это требовало довольно серьезных усилий с его стороны, а сейчас он тяжело ранен. Нет. Скорее, он хочет общения, желает с кем-то поговорить.

Я еще раз вздохнула, выпустила из рук нить на Плоскости Связи и вошла в шатер.

Дашаратх лежал в постели, опираясь спиной на несколько подушек. Его торс был перевязан полосками ткани, под блестящими ореховыми глазами сгустились темные тени. Но, когда я вошла, он улыбнулся, показав все зубы, и осторожным движением руки указал рядом с собой.

— Садись, пожалуйста.

Я опустилась на край кровати. Сандалии скользили по земляному полу.

— Как ты себя чувствуешь?

— Как будто меня тяжело ранили в бою, – ответил он с легкой насмешкой. Раньше он никогда со мной так не говорил. – Но лучше быть раненым, чем мертвым. Мне передали, что за это я должен поблагодарить тебя.

Мне удалось изобразить подобие скромной улыбки.

— Я всего лишь пригнала колесницу в безопасное место. Все остальное сделал ты.

— Правда? – спросил Дашаратх, и сердце у меня упало. – Видишь ли, милая жена, я не помню, чтобы бросал копье. Мне помнится другое: когда Самбарасура разбил колесо нашей колесницы, я выхватил кханду.

Он меня поймал. Я не могла возражать мужу. Но и не могла и согласиться. Голова у меня разболелась, в ней крутился какой-то панический вихрь, и я не могла собраться с мыслями, чтобы выйти в Плоскость Связи. Оставалось только отвести глаза.

— Тебе нечего сказать? – спросил Дашаратх.

— Нечего, раджа.

— То есть ты согласна, что я его убить не мог. А труп между тем налицо. Как такое может быть?

— Может быть, копье кого-то из наших воинов? – предположила я. Все тело у меня напряглось, я боролась с желанием вскочить с кровати и убежать. Если не можешь сражаться, беги, говорил Юдхаджит, но это был не бой. Дашаратх мог изгнать меня – за ложь, за неподобающее женщине поведение. За то, что пошла против воли богов, взяв в руки оружие. Примет ли отец меня обратно? Я не была уверена.