Книга Любить вампира – это хаос, страница 66 – Аура Хейс

Нежный, робкий поцелуй. Мы отстраняемся, глядя друг другу в глаза, наслаждаясь этим мгновением. А затем вспыхивает пожар, и наши губы сливаются в яростном поцелуе. Я сижу у него на коленях и крепко цепляюсь за плечи. Мы растворяемся друг в друге – результат недели сексуального напряжения. Плотина наконец прорвана.

Зав сдергивает резинку с моего хвоста, и волосы рассыпаются по плечам. Вцепившись в них, он полностью контролирует наш поцелуй.

Наши тела прижимаются друг к другу, и с моих губ срывается стон. Ответный стон Завьера говорит о том, что он потерял голову не меньше моего.

Его язык скользит по моим губам, требуя впустить его внутрь, и я покорно делаю это. Наши языки сплетаются, и его руки впиваются в меня, словно я спасательный круг. Легкий укол в губу заставляет меня насторожиться, но с новым движением его языка я таю от наслаждения. Я запускаю пальцы в его мягкие рыжие пряди и тяну за серебряную цепочку, заставляя его стонать, моля о продолжении.

Мне нравится это слышать.

Нет ничего сексуальнее мужчины, который стонет из-за своей женщины. Пусть мне и нравится подчиняться, но иногда я и сама люблю доминировать. Сексуального опыта у меня не так уж и много, но и этого хватило, чтобы понять свои предпочтения.

Мы отрываемся друг от друга, чтобы перевести дух, прислонившись лбами.

Зав шепчет мое имя, словно молитву, и утыкается в мою шею. Он покрывает ее поцелуями, а я обнимаю его широкую спину, наслаждаясь тем, что он боготворит меня.

Я чувствую, как его зубы скользят по моей коже, и понимаю, что он ставит мне засос. У меня проносится мысль: «След точно останется». Когда он, тяжело дыша, отстраняется, чтобы полюбоваться своей работой, моя кожа тут же покрывается мурашками.

— Боже, Зав! – вырывается у меня, когда он вдруг оказывается наверху и укладывает меня на спину. Я чувствую каждый сантиметр его тела и невольно сжимаю бедра. Его твердый член давит на мое бедро, и я стону, когда он проводит языком по оставленному собой следу на моей шее.

— Я должен был тебя пометить. – Еще один поцелуй в шею, и он отстраняется. – Только посмотри, как ты раскинулась подо мной. – Он бросает взгляд на серебряные часы и усмехается. – Точно по расписанию. Самое время для десерта.

Господи, помилуй.

Я тверд, как гребаный гранит.

Член стоит колом, и я уже на грани – еще чуть-чуть, и начну стонать. Полный комплект, короче.

Стоило мне увидеть Селин, распростертую подо мной, – и все, я уже с трудом сдерживаю свои вампирские инстинкты. Мой идиотский клыко-стояк возник при первом же поцелуе. А когда я случайно прикусил ее губу и ощутил вкус крови, все стало еще хуже. Ее медовая сладость ни с чем не сравнится. Я годами учился контролировать жажду, но кровь Селин зовет с незнакомой мне прежде силой.

Я превратил то, что едва не стало укусом, в засос, чтобы оставить метку и успокоить себя и чтобы занять свой рот, пока клыки окончательно не втянутся.

— Как бы мне ни хотелось съесть на десерт тебя… – встаю и протягиваю ей руку, которую она, нахмурившись, хватает, – у меня есть настоящий десерт.

Ее волосы щекочут мое лицо, когда я наклоняюсь ближе и шепчу ей на ухо:

— В тот день, когда я сделаю тебя своей, это будет на мягкой постели, а не на холодном стекле. Ты достойна большего. – От моих слов ее взгляд смягчается, и я касаюсь губами ее лба, продлевая мгновение. – Пойдем, я приготовил крем-брюле.