Книга Любить вампира – это хаос, страница 67 – Аура Хейс

— Ты во всем так хорош?

— С терпением у меня просто беда. – Забавно, учитывая сколько я уже прожил.

В ее глазах пляшут озорные искорки.

— Это я и сама знаю.

Я вновь стелю плед на пол и усаживаюсь так, чтобы снова не воспламениться, но Селин устраивается рядом со мной, так близко, что наши ноги соприкасаются.

Похоже, она решила свести меня этой близостью с ума.

— Или мы можем съесть на десерт это. – Я достаю припрятанную упаковку мармеладных мишек.

Селин ахает и тянется к ним.

— Откуда ты узнал, что я люблю мармеладных мишек? – Она тут же начинает их уплетать. – Хотя не важно, с тобой лучше оставаться в неведении.

Я посмеиваюсь и занимаюсь своими делами, пока она наслаждается закуской.

Я достаю из корзинки рамекин^[7], который все это время лежал на льду. Рядом лежит маленькая газовая горелка, и Селин тянется к ней, отчего ее аромат становится еще насыщеннее.

Здравствуй, клыко-стояк.

— Селин. – В голосе слышится рычание. – Сиди смирно, если не хочешь, чтобы я покрыл твою шею метками и отшлепал попку до красноты. – Она ахает, и я понимаю: окажись мои пальцы у нее в трусиках, они бы промокли насквозь.

Мне нужно держать себя в руках. Перед тем как я затащу Селин в постель, я должен сказать ей, что мы пара, и раскрыть свою природу. Мне кажется неправильным делать этот шаг, не дав ей осознать всю глубину нашей связи. Да, я убийца, сталкер и психопат, но я ни за что не стану поступать так со своей парой.

Я обжигаю сахарную глазурь десерта. Дождавшись идеальной карамелизации, мы принимаемся за еду, позабыв про мармеладных мишек. Селин пару раз стучит по корочке, а затем уверенно разламывает ее, чтобы в каждом кусочке крема оставалось немного хруста.

Она довольно вздыхает, и я смакую каждый звук. До сих пор не могу понять, как я оказался здесь со своей парой, и к тому же смертной. Я давно оставил надежду встретить свою вторую половинку и думал, что недостоин этого из-за всей пролитой крови. Если не считать тех отбросов, которые заслужили свою участь, на моей совести есть и невинные жертвы. Молодые вампиры часто не справляются с голодом, и мне было нелегко совладать со своим.

— Это просто восхитительно. Все мои попытки приготовить крем-брюле заканчивались провалом: я либо переваривала яйца, либо слишком сильно нагревала сливки и портила сахар. – Она облизывает ложку, собирая остатки десерта. – Тебе придется раскрыть мне свои секреты.

Селин испуганно вскрикивает, когда я нежно кусаю ее за мочку уха.

— Я тебе нужен только из-за крем-брюле.

Так и тянет вонзить в нее клыки, хотя это и опасно. Жажда обладать ею сводит меня с ума, но я не собираюсь это делать. Не сейчас.

Она отмахивается от меня и закатывает глаза.

— Ты меня раскусил. Как только я освою технику, то сразу избавлюсь от тебя, потому что ты станешь совершенно бесполезен.

Дождь по-прежнему барабанит по стеклу, и внезапная ослепительная вспышка молнии озаряет ее смущенное лицо.

— Напротив. Думаю, ты поймешь, что я очень полезен. И не только на кухне. – Я произношу последнюю фразу шепотом, и ее пробирает дрожь.

Когда она поворачивается ко мне, еще щека касается моей, и я готовлюсь к новому поцелую, но пронзительный звонок ее телефона портит весь момент. Она хмурится, когда видит имя на экране, и тут же отвечает.