Книга Газолин, страница 103 – Виктория Голубева

— Для нее это проект – напоминание, что на большой экран она пробилась не только благодаря таланту. В отличие от Олли.

Хантер переплетает наши пальцы, и я чувствую тепло его сухой, немного шершавой ладони. Он не смотрит на меня – разглядывает наши руки.

— Если отбросить личные отношения, то все упирается в деньги? – задает он вопрос и попадает прямо в точку.

— Да. Деньги правят бал, – киваю я и провожу еще одну линию на земле. – Но на этот счет у меня есть несколько идей. Если немного подрезать расходы в паре эпизодов и найти буквально одного нового спонсора, то все получится. У меня есть кое-кто на примете. Я уже подготовила бизнес-кейс.

«В конце концов, не зря же я почти получила диплом финансиста», – думаю я, но вслух не говорю. Удивительно, но навыки, которые я считала скучными и абсолютно бесполезными, в итоге помогли мне совсем в другой области.

— Ого, вас этому учили в Королевской Академии Киноискусства? – глаза Хантера округляются.

— Не совсем. – Я перевожу взгляд на наши руки. – У меня есть небольшой финансовый опыт. Собрать бизнес-кейс для меня несложно. Спонсор тоже нашелся. К Олли пришел один бренд мужских украшений. Они готовы не только подписать с ним контракт, но и войти в проект, если мы сделаем кое-какой продакт-плейсмент. Так что с денежной стороны все складывается неплохо.

— Тогда чего ты ждешь? – серьезно спрашивает Хантер. – Ты сделала всю подготовительную работу, все продумала и даже нашла спонсора. Держу пари, у тебя есть даже наброски недостающих эпизодов.

Он по-мальчишески улыбается одним уголком рта, когда видит мою реакцию.

Ну, конечно, у меня прописаны эти эпизоды – как иначе я бы смогла посчитать бизнес-кейс? Чувствую себя какой-то заучкой, которая делает домашнее задание заранее.

— Попробуй. Ты ничего не теряешь. А если не попробуешь, потом уже будешь корить себя, – говорит он. – Знаешь, после аварии Роберта я сразу пошел к Крису. – Хантер весь напрягается, но не отпускает меня. – Чувствовал ли я себя последним дерьмом из-за того, что пока Роб находился в больнице, я пытался сесть в его болид? Да. Но это был мой шанс, и я не мог его упустить.

Настала моя очередь сжать его руку, успокаивая. Несмотря на то, что раньше одна часть меня ненавидела Хантера за то, что он занял место Роберта, другая – та, что когда-то заставила меня убежать из дома, чтобы жить своей жизнью, – понимала его.

Да и могу ли я винить Хантера или Криса? Команда должна гоняться. А если пилот не может этого делать, то директор команды должен найти ему замену.

— Ты правильно поступил, – произношу я мягко и поворачиваюсь к нему. – Не вини себя.

Хантер не смотрит на меня, продолжая глядеть вдаль. Его профиль – идеальный. Я тянусь к его лицу и кончиками пальцев провожу по четко очерченной линии челюсти, приглаживаю волосы, поправляя то, что натворил ветер.

Хантер поворачивается ко мне. В его глазах – решительность и темное, тягучее желание. Я ловлю его взгляд, и на мгновение все замирает. Он подносит наши переплетенные руки к губам и невесомо целует тыльную сторону моей ладони. Ноги становятся ватными – если бы я не сидела, они бы точно подкосились.

Он отпускает мою руку, но почти сразу же его пальцы скользят по моей шее и замирают у затылка. Он держит меня крепко, приближаясь и не давая отстраниться. В голове я успеваю прокрутить все возможные мысли – от «это неправильно», «я старше тебя», «публичные отношения не для меня» и «у нас ничего не получится» до «да целуй уже!».