Книга Газолин, страница 76 – Виктория Голубева

Остаток разговора адвокат объясняет, как проходит процесс передачи опеки. Если коротко, то долго, муторно, дорого и очень грязно. И теперь я к этому готов.

— Мистер Кросс, позвольте дать вам совет. Предупредите ваших корпоративных юристов и PR-службу. Они должны знать, что ситуация может резко, – он делает паузу, подбирая слова, – выйти из-под контроля и стать публичной.

Отвожу взгляд от экрана ноутбука, мне нужна передышка. Публичный скандал в первый год «Формулы–1» – последнее, что мне нужно, но откладывать ситуацию с опекой больше нельзя.

Через стеклянные стены переговорной мой взгляд падает на первый этаж. В кафетерии сейчас оживленно: все прячутся от дождя в моторхоуме. Группа людей окружает кофемашину.

Мгновение – и толпа смещается, открывая мне Сиену. Она стоит лицом ко мне и демонстративно готовит кофе, попутно что-то объясняя и сопровождая слова театральными жестами. Ребята из паддока смотрят на нее с широкими улыбками. Она достает полную чашку и кланяется в стороны, словно на сцене.

Ее жизнь кажется такой простой: работа, съемки и никаких судьбоносных решений, которые нужно принимать.

Она резко поднимает глаза, и наши взгляды встречаются.

От неожиданности я едва удерживаюсь, чтобы не дернуться и не спрятаться за краем стола. Господь, что за детский сад?! Сиена смотрит прямо на меня – приподнимает бровь, будто не уверена, действительно ли поймала мой взгляд, а потом едва заметно улыбается уголком губ.

Заставляю себя переключиться обратно на адвоката, который, похоже, способен говорить без передышки часами. Пока ему платят, конечно.

А наш час уже подходит к концу. Осталось всего пять минут.

— У вас есть вопросы?

Я открываю блокнот на странице, куда заранее записал все, что нужно спросить.

— Сколько займет подготовка к суду?

— Два месяца. Пакет документов достаточно стандартный, но собрать его и грамотно сформулировать заявление требует времени.

— А сам суд?

— От месяца до полугода. В подобных делах обычно проходит несколько слушаний. То, как быстро суд вынесет решение, зависит от нашей подготовки.

— Понял. Спасибо. – Я делаю глубокий вдох. – Мне нужно еще немного времени, чтобы принять окончательное решение.

— Конечно. Когда будете готовы – вы знаете, как с нами связаться.

Мы прощаемся, и я закрываю ноутбук.

Головная боль медленно ввинчивается в левый висок. Я опускаю голову и прижимаюсь лбом к прохладной поверхности стола. Почему я должен разбираться со всем этим гребаным дерьмом?!

Но других вариантов нет. У мамы не хватит решимости: ее вечное чувство вины за поступки Джесс парализует любые попытки что-то предпринять. Как будто она виновата в том, что случилось с сестрой. Отец смог бы, но с его сердцем…

Нет. Кроме меня некому.

Вдруг кто-то стучит по стеклянной двери переговорки. Я поднимаю голову и вижу Сиену. В руках у нее две чашки кофе.

На девушке темно-синее форменное худи, влажные волосы собраны в косичку. Сиена выглядит такой теплой и настоящей, что у меня на секунду перехватывает горло.

Не дожидаясь моего приглашения, она коленом приоткрывает дверь и проскальзывает внутрь через узкий проем, по пути задевая створку грудью. Стараюсь не думать о том, мокрая ли майка под этим худи. Внезапно джинсы начинают жать, и я смещаюсь на стуле, чтобы ослабить давление.