Книга Любовь всей моей смерти. Том 2, страница 75 – Дэпаранг

После ее резкого ответа наступила тишина. Хасон и Вольчжин полностью погрузились каждый в свои мысли. И во время обмена загадочными взглядами Хасон внезапно произнес:

— Не хочешь побывать в мире живых?

— Кха-кха!

Как только она, закашлявшись, принялась искать что-то, чем можно было бы тут же смочить горло, Хасон улыбнулся и протянул ей стакан с водой, стоявший рядом с его постелью. Как только ее пальцы коснулись стакана, Вольчжин тут же принялась делать глотки, словно сумасшедшая, как будто боялась, что у нее его кто-то отнимет.

Долгое время она делала большие глотки, а затем отдышалась и только после этого замерла и пристально посмотрела в глаза своему собеседнику. Во взгляде, с которым она столкнулась, девушка почувствовала какое-то странное спокойствие, что не пришлось ей по душе. Опасаясь, что все может обернуться непредвиденным важным разговором, Вольчжин приняла спокойный вид и встретила его взгляд.

— Отправься туда, встреться с кем-нибудь.

Вольчжин мигом посерьезнела.

— С кем? – задала она вопрос, сделав вид, что не понимает, о ком он говорит, и изо всех сил стараясь отгонять от себя эти мысли.

Хасон фыркнул, найдя ее поведение забавным. Движением, полным озорства, он погладил Вольчжин по лбу тыльной стороной своей ладони. Улыбка, зародившаяся в уголках его губ, была не просто коварна, она была невероятно лукава. Внезапно Вольчжин, переполненная беспокойством, слегка шевельнула губами. В глубине души она представляла, что он скажет, и в тот момент была готова выплеснуть слова, которые уже подбирались к ее горлу.

— Как бы то ни было, а кажется, наша госпожа лелеет всякие вздорные мысли. Сходи, расскажи ей, как у нас дела, и заодно осведомись о ее делах.

Все было так, как она и ожидала. Решив, что не стоит утруждать себя ответами, она сомкнула рот так же крепко, как смыкается раковина, в которой сидит моллюск. В их ситуации, когда в первую очередь было необходимо приводить страну в порядок, она сомневалась в том, стоит ли беспокоиться о Шихён, но в последнее время она была так измотана различными событиями и инцидентами, что его предложение ее заинтересовало. Но все же она не подала виду и притворилась, что эта затея ей не по душе. Тогда Хасон продолжил:

— Скажи ей, что осталось совсем немного и долго ждать ей не придется.

— Осталось немного? И это в ситуации, когда мы даже не знаем, где находится его величество… Я не хочу мучить ее, давая ложную надежду, – холодно ответила Вольчжин.

— Значит, ты отказываешься от того, чтобы отправиться в мир живых?

На лице Хасона внезапно возникло плаксивое выражение. Он намеренно откинул одеяло с левой стороны и, словно напоказ, сунул Вольчжин обрубок ноги прямо под нос.

Это было жестоко, очень жестоко.

Своими действиями Хасон как бы невзначай, но принуждал ее. Он сделал это, чтобы она ни за что не смогла отказаться, и даже если она откажется, то это заставит ее почувствовать себя самой худшей из подонков на всем белом свете. Лис уже не первый раз обводил ее вокруг пальца, но его уловки действительно были настолько невыносимы, что каждый раз заставляли ее терять дар речи.

«Мир живых…»

Вольчжин и сама не знала, сколько времени прошло с тех пор, когда она последний раз мысленно произносила эти слова.

Среди всех воспоминаний о времени, проведенном там, не было ни одного хорошего. Дни, проведенные в царстве Ямы, были гораздо счастливее и яснее, но в груди Вольчжин возник трепет, причину которого она и сама не могла осознать.