Книга Академия «Чёрный тюльпан», страница 31 – Елизавета Мальчикова

— Чем же ещё мне заняться здесь, Ида? — Спокойно ответил сын, не отрываясь от своего занятия. — Кстати, о занятиях… Ты был тайком на лекции по травничеству! — Аделаида подошла и резко выхватила листок.

На нём была изображена девушка с прямой чёлкой и вздёрнутым носиком. — Кто она?

Ден пожал плечами.

— Отвечай!

Её сын встал и упрямо посмотрел матери прямо в глаза; он больше не был тем маленьким мальчиком, который вздрагивал, а после замирал от материнского голоса, переходящего в крик, а иногда и в побои.

— На что именно тебе ответить, мама? — Ден схватился за край листка, потянул и оторвал половину.

— Это не тот образ, который должен быть у тебя в голове. — Аделаида прищурилась и порвала свою половину портрета на мелкие кусочки. Взгляд Дена проследил за каждым падающим клочком. Он легко подкинул их в воздухе, и обрывки оказались у самого лица Аделаиды.

— А что должно быть у меня в голове? Твои бесконечные претензии, вечно недовольное лицо? Ты ведь с детства кормила меня тем, что я недостаточно силён, недостаточно маг, недостаточно потомок…

Кучка малюсеньких кусочков завибрировала. Клочки начали метаться друг за другом; резко остановившись, они вспыхнули и рассыпались в пепел. Гневный взгляд голубых глаз метнулся с падающего пепла на лицо сына. Аделаида отвесила Дену хлёсткую пощёчину.

— Не смей использовать магию против меня.

Ден развернулся на пятках и вышел из своей спальни.

— И прекрати появляться на занятиях. Слова прозвучали будто под толщей льда. Голова снова начала раскалываться. Ноги сами принесли Дена на башенку над крылом для мальчиков. Плечом Ден надавил на резную декоративную арку, и та приоткрылась, открывая проход в небольшое помещение. Арка закрылась, и Ден тяжело выдохнул. Наконец он был там, где мать его не достанет. Это была его тайная комната, для которой он нашёл заклинание-невидимку в бесконечных заметках тёмного мага. Рухнув на гору бархатных подушек, он подложил руки под голову. Глаза зацепились за ярко-жёлтый лист, искусно нарисованный на потолочной фреске. Местами уже пошли трещины, где-то потрескалась краска, но от этого изображение огромного чёрного тюльпана на осенней подстилке стало казаться ещё прекраснее. Каким ты был, только родившись? Тёмно — фиолетовым? Иссиня — чёрным? Может, и вовсе чернильно — бордовым?

Выведенная Роза Берле, она, как и Ден, были обречены на вечное одиночество.

— А ты милый, когда грустишь.

Ден резко вскочил от девичьего голоса, еле слышного за стеной.

— Кто ты? — Он приоткрыл арку, но на другой стороне была только пустота.

— Я призрак этой академии, жаждущий расплаты… Бу-у! — Девчонка говорила нарочито угрожающим голосом, а после, не выдержав, звонко рассмеялась.

— Давно ты следишь за мной? — Арка закрылась, и Ден принялся сканировать стены.

— Недавно. Не напрягайся ты так. Сегодня профессор тёмных наук обучал нас подсматривать так, чтобы жертва не могла понять, кто и откуда за ней следит. Это так по-Джо-Голбервикски, не правда ли?

— Жертва? Джо-Голбервикски? Да кем ты себя возомнила? — Терпение Дена лопнуло, и он щёлкнул пальцами.

Со стороны девчонки послышался глухой стук, и она грустно выдохнула: — А ведь эту вазу мне мама подарила.

Отчего-то сердце Дена кольнуло, ему стало стыдно за себя. — Извини, — шепнул он.