Книга Академия «Чёрный тюльпан», страница 1 – Елизавета Мальчикова

— Ты уверена, дочь? — отец смотрит на меня умоляющим взглядом из-под огромных круглых очков.

— Папа, мы ведь это уже обсуждали, — отвечаю я успокаивающим тоном и забираю свою сумку из его рук.

Отец нехотя расстаётся с поклажей, поправляет очки, тяжело выдыхает и пытается убрать невидимые пылинки с моего плаща.

Позади медленно раскрывается бездонная дыра. Ореол портала светится золотом, но внутри царит беспросветная тьма. Я смотрю на часы: изящный тонкий ремешок; на крышке овального циферблата выгравирована заглавная буква «Л». Без четверти двенадцать.

Быстрым движением рюкзак оказывается у меня на плече, и я порывисто обнимаю отца.

— Дорогая, ещё есть время уехать домой. Этим ты не вернёшь Лилю.

Плотная ткань плаща шуршит на внезапно нахлынувшем порыве ветра. Чёрная утроба портала неумолимо втягивает моё тело, предчувствуя серебряные нити магии внутри.

Неподалёку от нас девчонка с розовыми волосами прыгает в темноту, ловко сгруппировавшись. Молодой человек падает спиной в недра портала, вальяжно скрестив руки на груди.

Новый поток ветра подхватывает мой чёрный локон. Отец пытается удержать меня за руку, но я отчаянно пытаюсь перекричать магический вихрь:

— Я люблю тебя, пап!

Дети двигались непрерывным потоком: последний курс — по-хозяйски, о чём-то скучающе болтая; маленькие чародеи — восторженно обсуждая свои способности. Один из юных джентльменов оступился, запутался в низах брючины и упал на колени прямо к босым ногам длинноногой девушки с каменным лицом. Она стояла как струна, с идеально прямой спиной. Волосы цвета речной тины тяжёлой волной спадали на плечи. Её блёклые глаза не выражали абсолютно ничего, но лишь до того момента, как по коридору эхом разошёлся детский смех. Голова мавки дёрнулась на звук, а мертвенно-бледное тело опустилось на корточки. Детские глаза наполнились ужасом, и мальчик уже хотел было убежать, но когтистые пальцы крепко вцепились в его вязаную безрукавку.

— Абие отъпѹсти ѝ! — раздался требовательный женский голос. Высокая статная фигура пыталась протиснуться сквозь поток учеников, но мавка лишь дёрнула плечом, изучая свою добычу. Рот скривился в дикой ухмылке, обнажив двойной ряд игольчатых зубов. Мальчик обмяк в смрадных объятиях, и я понимаю, что директор просто не успеет прийти ему на помощь. Одним резким движением я оказываюсь рядом с трупно-серым телом, и слова на древнем диалекте сами срываются с губ: — Именемъ свѧтааго Влоса повелѣваю ти: отъпоусти отроча сє.

Хищные глаза уставились на меня, хватка ослабла, повинуясь упоминанию имени древнего бога.

Подлетевшая директриса подхватила мальчика на руки, и голос её дрогнул.

— Молодой человек, вы слышите меня?

Едва уловимо мизинец мальчика приподнялся, и он хрипло ответил: — Да.

Женщина с облегчением выдохнула, — уходите же, здесь не на что смотреть!

Толпа нехотя двинулась с места, еле слышно перешёптываясь, я сделала шаг, вливаясь в поток, но мелодичный голос остановил меня.

— Вы очень смелая, дорогая.

Я разворачиваюсь и киваю. Взгляд голубых глаз серьёзно оглядывает меня, останавливаясь на эмблеме «Чёрного тюльпана».

Логотип академии я вышивала сама: любовно, ниточка к ниточке, вспоминая сестру.

Мимо пробегают, запыхаясь и торопясь догнать толпу, опоздавшие первокурсники, рюкзаки на их спинах подпрыгивают в разные стороны. Огромные детские глаза пытаются разглядеть декоративную арматуру хрустальных подвесок позолоченных канделябров, искусно закреплённых в старинных каменных стенах.