Книга Когда ночь крадет солнце, страница 38 – Диана Фэйр

— Перестань, — тихий шепот, лед в котором трескался оглушительно громко, заставил вскрикнуть от неожиданности. — Не ты одна…

— Жертва? — вырвалось еще до того, как я успела осознать. — Наш безукоризненный правитель страдает? О, я знаю! Прикажете…

Поцелуй обжег. Холодный, сухой, — наказание и мольба в одном движении. Я зачем-то обняла мужчину за шею, впившись ногтями в тонкую рубашку, и слишком доверчиво прикрыла глаза.

На мгновение показалось, что затих голод. Что сердце пришло в норму. Что это просто очередной повтор тех бесконечных дней, когда я сама хозяйничала в его спальне. Что он наиграется и уйдет.

— Ты… — он нетерпеливо рыкнул, клыки царапнули мне губу до крови — видимо, теперь такаямелочь могла его остановить.

— Я, — металлический привкус немного отрезвил, и сил нашлось на призрачный шанс спастись: я толкнула мужчину в грудь. — Я устала. Устала от ваших игр. От этих… — Ткнула пальцем в следы от укусов на своей шее, которые противно ныли. — От вечного «почти». Ты хочешь крови — пей. Хочешь меня — возьми. Но хватит притворяться, что тебе важно, жива я или…

Он зажал мне рот ладонью — глаза загорелись лиловым адом, который был похож на мой собственный. Обжигающий, одинокий, бесконечный, — он пожирал все, включая душу, которой вроде как и не должно было быть. У каждого из нас. Показалось, что мне почти жаль этого чертового истукана, — просто показалось. Просто…

— Никогда, — шепот обжег сильнее любого огня. И льда. — Никогда не говори этого.

Настоящий ад начался совсем скоро: его зубы впились в старый укус на шее, но боли больше не было. Чужая жадность сменялась собственным голодом, который еще сильнее терзал изнутри. Он пил долго, словно впервые за слишком долгое время — скучал по давно забытому чувству. Рука на моем плече сжималась все крепче, но каждый раз опасливо замирала, стоило мне тихо зашипеть.

— Удовлетворены, Ваша светлость? — я провела пальцами по шее, собирая крупные капли и ими же прочертила след на вороте его рубашки. — Или наконец добьете?

Он встал, поправил манжеты. Маска снова на месте — холодный князь, повелитель теней, не дрогнувший даже тогда, когда ад горел у его ног. Даже с учетом того, что этоне он его сжигал.

— Еду принесут через час, — отстраненно бросил мужчина, но я довольно улыбнулась — ярость в его взгляде сменилась чем-то мучительно тягучим. Ожиданием? Надеждой? — Еще одно выступление — буду кормить с рук.

Три.

Он догнал на меня уже на лестнице: пальцы впились в талию так, что шелк платья заскрипел, но исключительно из собственного упрямства устоял. Тихая музыка и смех из зала прозвучали той еще насмешкой: пока кто-то веселился, кто-то другой был вынужден терпеть невыносимого и совершенно бездушного проклятого.

— Одетт, — низкий голос прозвучал почти угрожающе, даже проходящий мимо слуга с жалостью покосился на меня. — Если сегодня ты…

— Знаю-знаю… Улыбаться буду, — я лениво пожала плечами, Дарион даже вздрогнул. В ярких глазах полыхнул знакомый гнев. Я тоже могла играть в его игры. На равных. — Любить вряд ли, но вам ведь это и не нужно, верно?

Мужчина в два шага оказался так близко ко мне, что я даже уронила веер. Его рукоятка, украшенная рубинами, уныло звякнула о мраморную плиту, и мигнула угрожающе алым в нарочно ярком свете кристаллов. Тоже мне, дурацкая побрякушка — нашла кому угрожать.