Книга Двор призрачных сердец, страница 237 – Элис Нокс

Я осталась обнажённой в его руках, в тёплой воде, и уязвимость накрыла острой волной.

Его губы нашли моё плечо, оставили долгий поцелуй.

— Доверься мне, — прошептал он. — Просто доверься.

Его прикосновения, скользкие от мыла, вернулись — на бёдра, колени, голени, массируя, лаская, поднимаясь обратно не торопясь.

Пальцы переместились по внутренней стороне бёдер — выше, выше, и я непроизвольно раздвинула ноги шире, давая доступ.

Его дыхание за моей спиной участилось, стало горячее.

— Аделин... — голос вышел хриплым. — Скажи «стоп», и я остановлюсь прямо сейчас.

Я покачала головой, не открывая глаз.

— Не останавливайся.

Рука переместилась выше, и пальцы коснулись там, где я уже была влажной — не только от воды.

Размеренное, осторожное касание вокруг чувствительного центра, и я выгнулась, задыхаясь.

— Боги, красавица, — прорычал он, и второй рукой притянул меня крепче к своей груди, не давая извиваться. — Ты так отзывчива... так чувствительна...

Пальцы продолжали двигаться — круги, нажатия, скольжения, вычерчивая узоры, что заставляли меня стонать всё громче.

Мыло смылось, но руки не останавливались, изучая, лаская, доводя до края мучительно не торопясь.

— Алистор... пожалуйста... — не знаю о чём просила. Чтобы остановился? Чтобы продолжил? Чтобы дал кончить?

— Что «пожалуйста», красавица? — прошептал он в ухо, и зубы прикусили мочку. — Чего ты хочешь? Скажи мне.

— Я... я не... — слова путались, мысли разбегались.

Палец переместился ниже, провёл по входу, надавил слегка — не проникая, просто дразня, обещая.

— Хочешь, чтобы я вошёл? — голос стал низким рыком. — Заполнил тебя здесь, в воде, глубоко, пока ты не закричишь моё имя?

— Да, — выдохнула я, и стыд испарился под напором желания. — Да, пожалуйста...

Из его груди вырвалось рычание — побеждённое, голодное.

— Тогда повернись, — прошептал он хрипло, и руки на моей талии направили, помогли развернуться лицом к нему. — Хочу видеть твоё лицо. Хочу смотреть в глаза, когда буду внутри.

Вода плеснула, расплескалась через край, когда я неловко развернулась, устраиваясь на его бёдрах. Колени упёрлись в стенки кадки по обе стороны от него, руки легли на его плечи, ища опору.

Мы оказались лицом к лицу.

Серебряные глаза смотрели снизу вверх — затуманенные желанием, но тёплые, полные чего-то большего, чем просто голод.

Его руки скользнули по моей спине, прижали ближе, и я почувствовала его твёрдость между нами — горячую, пульсирующую, упирающуюся прямо туда, где я была влажной и готовой.

— Красавица, — выдохнул он, и одна рука поднялась, коснулась моего лица, погладила щёку. — Ты уверена? Потому что если мы начнём... я не уверен, что смогу остановиться. Не после того, как чувствовал тебя рядом все эти дни, не мог прикоснуться, не мог показать как сильно...

Голос сорвался, и он замолчал, тяжело сглотнув.

Я наклонилась, коснулась губами его губ — лёгкий поцелуй, обещание.

— Я уверена, — прошептала я. — Хочу тебя. Сейчас.

Что-то в его взгляде вспыхнуло — яркое, горячее, неудержимое.

Руки сжали мои бёдра, приподняли, и он направил себя не торопясь, давая мне почувствовать каждый дюйм, как головка упирается, надавливает, начинает проникать.

Опускалась неспешно, позволяя телу приспособиться, растянуться, принять его. Вода помогала — делала движение скользящим, но ощущение наполненности, растяжения было таким же интенсивным, таким же захватывающим.