Книга Ловец Чудес, страница 63 – Рита Хоффман

— А еще ты испортил мне праздник. – Ганц Кох ласково провел пальцем по крышке шкатулки. – Но я все равно отпущу тебя. Уходи и подумай о людях, которые отдают тебе приказы. Они собирались выпустить в мир ужасное проклятие, которое неминуемо убивает каждого, в чьих руках оказывается Дитя. Все смерти были бы на твоей совести, мальчик. – Он повернулся к собравшимся. – Пусть Пожиратель откроет дверь в Лондон, больше ему здесь делать нечего.

Я недоверчиво уставился на Коха, затем перевел взгляд на остальных Охотников. Они расступились, освобождая проход. На их лицах застыли уверенность и презрение. Под их взглядами я чувствовал себя как муравей под увеличительным стеклом.

От Охотников отделился угрюмый мужчина. Он взялся за ручку двери, резко распахнул ее – и за ней оказался задний двор моего лондонского дома. Я ощутил знакомые запахи, услышал привычный соседский шум и, кажется, повернулся к Ганцу Коху, чтобы что-то сказать. Но внезапно мир передо мной померк, превратился в зияющую черную дыру, в которой то и дело вспыхивали алые пятна.

Прежде чем упасть, я сказал:

— Мне очень плохо.

Пробуждение оказалось внезапным и болезненным. Каждая мышца горела огнем. Долгое время я просто лежал на спине, не в силах даже перевернуться. Меня била мелкая дрожь, горло перехватил спазм, каждый вдох давался с трудом. Тошнота, слабость, лихорадка – не знаю, сколько времени мне понадобилось, чтобы открыть глаза и понять, что вокруг кромешная тьма.

К и без того скверному самочувствию прибавился страх. Я попытался сесть, но врезался во что-то лбом. Выругался, попытался вытянуть руку – и тут же наткнулся на деревянное нечто, нависшее надо мной. Меня прошиб холодный пот. Медленно, едва справляясь с болью в окаменевшем теле, я начал разводить руки в стороны и почти сразу нащупал стенки ящика.

Они попытались от меня избавиться! Проклятые Охотники солгали мне и все-таки попытались убить! И где я теперь? Заперт в одном из подвалов Коха?

Проклятие! Что делать? Как выбраться?

От страха закружилась голова. Я все-таки попался, как одно из Чудес, на которое охотился сам. Вот она, расплата, карма, если угодно. И Филипп! Предал, подставил, наверняка это он выдал меня Коху! Не будь здесь так душно, я бы… Я бы наверняка…

Наверное, я уснул, потому что, проснувшись во второй раз, почувствовал себя значительно лучше. Тело перестало болеть, мысли стали ясными и упорядочились. Недолго думая, я начал колотить в крышку ящика, прилагая все имеющиеся в запасе силы. Очень скоро одна из досок треснула – и я почувствовал, как что-то упало на лицо. Какого…

Я заплакал от ужаса. Даже в самые темные дни со мной не поступали так скверно.

Земля. Я растер в пальцах рыхлый комок и зажмурился. Этого не может быть, верно? Не могли же они… Нет, однозначно не могли. Они Охотники, но ведь ничто человеческое им не чуждо. Неужели они могли похоронить меня заживо?!

Жаль, я не знаю ни одной молитвы. В таком положении остается только взывать к Господу и надеяться, что он существует.

Через сломанную доску внутрь продолжала сыпаться земля. Я закрыл отверстие ладонью и попытался взять себя в руки.

Воздух в ящике еще остался, значит, лежу я здесь не так давно. Если дождя на поверхности не было, земля должна быть свежей и рыхлой. Можно попробовать сломать крышку и, заталкивая излишки земли внутрь ящика, выбраться на поверхность.