Книга Загадочная история Аллана Уэйна, страница 160 – Рита Хоффман

Одновременно грянул еще один выстрел, и плечо Оскара разнесло в клочья. Он выронил пистолет, его рука повисла плетью на ошметке плоти, но на лице отражалась не боль, а замешательство. Падая на землю, он казался ужасно удивленным тем, что его убили.

Тело пронзила боль. Неподъемная тяжесть прижала меня к земле, я попытался закричать, но вместо крика из горла вырвался лишь жалкий хрип.

Прорвавшись через пламя, тени набросились на Охотников. Кто-то вцепился в мои плечи и потащил прочь, а я все силился закричать, отказываясь принять происходящее.

Меня уложили на холодную землю. Я хватал ртом воздух, чувствуя разливающийся болезненный жар где-то в районе живота.

— Спаси его! Ну что ты встал!

Я не понимал, чей это голос.

Из мглы вынырнуло бледное лицо Александра. Он склонился надо мной, я скреб ногтями мерзлую землю, готовый ощутить боль от укуса.

«Вампиры! Они наверняка могут помочь!..»

— Это ты рассказал им о кладбище?

Александр смотрел мне в глаза, а я не мог ничего ответить, напуганный и задыхающийся.

Его лицо исказила ненависть. Слова оказались лишними.

— Пусть умирает. – Александр бросил что-то мне на грудь и исчез.

Мгла пожирала мир вокруг меня. Я едва мог дышать.

Услышав лязг цепей, я повернул голову и увидел полностью воплотившегося баргеста. Он сидел рядом и терпеливо ждал. Вот как… Выходит, я был обречен с того самого дня, как впервые встретил Александра в церкви…

— Ты проклятый идиот! – кричала женщина. – Немедленно вернись и помоги ему!

— Александр! – басил мужчина. – Ты не можешь…

Кто-то снова вцепился в мои плечи и рывком усадил. Я привалился к холодному надгробию, закашлялся, горячие капли упали на онемевшие ладони.

— Пей, будь ты проклят! – прошипела женщина. – Пей!

Мой рот силой открыли, а голову запрокинули. Я почувствовал что-то странное: ко вкусу собственной крови примешался вкус чужой. Я пытался отплеваться, вывернуться из крепкой хватки, но силы иссякли. Чужая холодная кровь заполнила рот, и мне пришлось проглотить ее.

Когда из темноты появилось испуганное лицо Кларис, я отчетливо понял, что меня вот-вот не станет.

— Ты не умрешь, идиотский священник, я позаботилась об этом…

Она плакала. Кто-то продолжал орать на Александра, но мне казалось, что это происходит где-то далеко. Меня трясло.

— Кларис… – Я попытался поднять руку, чтобы прикоснуться к ее белоснежной щеке.

Кровь брызнула в лицо. Не понимая, что случилось, я смотрел на Кларис, а она удивленно уставилась на что-то внизу. Опустив взгляд, я увидел торчащее из ее груди острие.

Кларис завалилась на бок. Исполненный ужаса, я повернул голову и увидел окровавленную Оливет, перезаряжающую арбалет.

Кто-то словно замедлил время. Мир рассыпался на отдельные куски и события, происходившие, казалось, порознь, но складывавшиеся в одну ужасную картину.

— Александр, нет!

— На тебя объявят охоту!..

Тень метнулась к Оливет. Последним, что я увидел, была оторванная голова моей матери, взмывшая в воздух.

— Меня уже тошнит от перемещений.

— Возьми. – Мора протянула Мари кусок лимона. – Помогает.

— А мне? – Отец Паскаль, одновременно и бледный, и позеленевший, тяжело опустился на стул и прикрыл глаза. – Я никогда не славился любовью к фокусам Пожирателей Времени…

— Если Шестьдесят Третья услышит, что ты называешь их фокусниками, она отберет у тебя артефакт призыва и внесет твое имя в черный список Гильдии. – Натан сбросил плащ и огляделся. – Как здесь пыльно.