Книга Грозный Шторм, страница 72 – Алика Фортис

Уж не знаю, и если честно, знать не хочу, как они там между собой развлекались, но море их поимело знатно. И мокренькие, и голенькие. И явно обессиленные.

Ромыч, несмотря на условия, в которых мы находились, не сдерживаясь, ржал как конь. У меня нет-нет да и прорывались зачатки смеха. Хоть и держал мину кирпичом.

— Отведите их в бывшую каюту дока, – сказал парням, когда мы всем составом свалили с палубы. – И дайте им какие-нибудь шмотки, что ли.

Каюта дока – единственная пустующая. Он так и осел с Ромычем. Не стал перебираться обратно, когда я конфисковал Анютку себе. Так что выбор невелик.

— А сиськи там зачёт, – присвистнул Лёха, когда эти два мокрых аборигена прошли чуть вперёд.

Под моим строгим взглядом осёкся. Но на задницу девки пялиться не перестал.

А во мне неожиданно пробудился режим берсерка. Как прикинул, если кто-то так же на попец моей девочки слюни пускает, так прихлопнуть захотелось этого кого-то. Надо будет повнимательнее присматривать. Увижу что-то такое, точно этого камикадзе к якорю привяжу.

Раздав всем указания, поднялся в рубку.

— Ну что там? – тут же подбежала ко мне Аня.

— Нормально всё. Сейчас в каюту их определили. Одежду дали. Яхта их безвозвратно канула в небытие. Но благо сами выжили.

— Их всего двое было? Дима сказал, девушка с парнем.

— Да, двое.

Судя по роже Димона, он-то как раз к биноклю руки протянул. Взгляд такой же охеревший, как, наверное, и у меня был в первые секунды, когда их подняли.

— Слава богу, обошлось, – сказала с каким-то облегчением и плюхнулась в кресло. И тут же взвизгнула, когда нас опять болтануло, как консервную банку. – А у нас корабль переживёт шторм? Не будет как с их яхтой?

— Нормально всё будет. Не бойся. Если хочешь, ночевать оставайся здесь. Потому что я на всю ночь тут. Пока не утихнет.

Аня, судя по всему, уходить и не собиралась. Устроилась в кресле и вместе с нами не смыкала глаз.

Это была чертовски длинная ночь. И чертовски сложная. Была пара моментов, когда и у меня нервишки в тонус приходили и яйца поджимались. У Димона тоже седины прибавилось. Но благо обошлось.

К утру погода более-менее устаканилась. И я только сильнее укрепился в убеждении, что Ане не место на корабле. Ни о каких следующих рейсах и речи идти не может.

Пусть дома сидит, учится, занимается чем-то менее рисковым.

Обеспечить я в состоянии. Ей на хрен не надо надрываться. Она, конечно, спорит периодически. Ну ничего. Сумею переубедить.

Когда корабль можно было переключить на автоматизированный режим управления, мы пошли в каюту. Всем нужно набраться сил и восстановиться.

Ромыч с Лёхой и Макаром вызвались пофеячить на камбузе. Анюта порывалась сама, но так как практически валилась с ног, сопротивлялась недолго.

Но стоило подойти к каюте, как услышали голоса новоприбывших.

— Неужели тут нет вещей поприличнее? – раздался писклявый голосок. – Я в этих тряпках как пугало.

— Спасибо скажи, что тебе эти тряпки вообще актуальны. Могла бы уже давно вслед за яхтой отправиться. Как и я, – о, у этого нудиста мозги варят получше, чем у его пассии.

Постучал в дверь их каюты и, не особо дожидаясь и не церемонясь, распахнул дверь.

— Если что-то не устраивает, вы всегда можете переодеться в своё, – сука, выбесила. Не сдержался.

У меня парни жизнью рисковали, спасая её тушку, а она ноет. В край охренела, что ли?