Книга Шпионское грузило, страница 20 – Лен Дейтон

Никто не воспринимал их слишком серьезно. С тех пор как ребята полгода назад прибыли сюда, их уже не менее девяти раз поднимали по тревоге, и каждый раз выяснялось, что в проводах запуталась то ли птица, то ли кролик. И теперь никто не носился сломя голову; во всяком случае, никто со здравым рассудком.

С западной стороны Стены команда Фрэнка — Том Каттс и «Гэбби» Грин — к этому времени подобралась к ней как можно ближе. Они были не в прямом подчинении Фрэнка, они считались специалистами. Несмотря на их возраст — между тридцатью и сорока, они, в соответствии с их документами, были младшими офицерами Сигнального корпуса. Вместе с ними был опытный сержант Пауэлл, техник по радарам. Его обязанности заключались в том, чтобы следить за исправностью оборудования, хотя, как он откровенно их предупредил, если что-то выйдет из строя, сомнительно, чтобы он смог отремонтировать повреждение на месте. Аппаратуру придется доставлять в мастерскую или, возможно, на предприятие.

«Флибустьеры», замаскировавшись, находились тут уже довольно давно — в походных маскировочных комбинезонах, с размалеванными краской лицами, в темно-коричневых вязаных шапочках, напяленных по самые уши. Шлемы были слишком тяжелы, а если их уронить, они издавали предательский лязг. Любопытно, что в военном обмундировании они чувствовали себя в большей безопасности, чем в цивильном. Когда приходилось стрелять в человека в форме, «грепо» были особенно осторожны, потому что обмундирование по обе стороны Стены было почти одинаковым.

Они почти не разговаривали: ночью каждый звук разносится во все стороны, а они давно работали вместе и без слов понимали, что надо делать каждому. Первым делом, едва только предыдущим вечером сгустились сумерки, они собрали маленький радар и выкинули антенну на позицию перед собой, после чего провели всю ночь, фиксируя передвижение машин и патрулей. У обоих на вязаные шапочки были надвинуты наушники, и Гэбби, чья молчаливость и обеспечила ему это прозвище^[2], не спускал глаз с большого зрачка датчика, фиксировавшего интенсивность движения.

— Да, — внезапно бросил он, тесно прижав резиновый околыш микрофона ко рту. — Один! Нет, их двое! Один бежит… второй лежит на земле. Иисусе!

В эту секунду вспыхнул луч прожектора, но он не мог помочь рассмотреть, что там происходит.

— И к тому же они пустили в ход инфракрасное освещение. Ну-ну, они серьезно взялись за дело, — спокойно сказал Гэбби. — Можем глушить? — Том уже заранее настроил глушилку на искомую длину волны, но их маломощное устройство могло справляться только с небольшими установками. — Мне придется выдвинуться еще дальше вперед. Отсюда мне их не достать.

Том промолчал. Обоим оставалось лишь надеяться, что им не придется проникать на территорию ГДР. В прошлом году им пару раз едва удалось унести ноги, но их напарники с другой стороны — команда из двух человек — должны были проделать проход в Стене с севера, оба погибли, когда один из них наступил на мину, «случайно» оставленную с западной стороны Стены, после того как ремонтная команда ГДР закончила работу.

Мрачные предчувствия Тома получили бы подтверждение, имей он возможность взглянуть на русскую машину электронной поддержки боевых действий, которая стояла, скрытая от взглядов, за собачьим питомником. В темном ее фургоне старший офицер КГБ Эрих Штиннес едва мог разместиться среди набора электронного оборудования. На его лице читалось напряжение, а в стеклах очков отражалось свечение экранов боевых радаров, куда более сложных, чем портативная пехотная модель, которую установили двое «флибустьеров».