Книга Книга Фейшеса, страница 122 – Жауме Кабре

Он дошел до того, что в некоторых случаях советовал прекратить или смягчить ношение власяницы и применение плетей, утверждая, что покаяние ради покаяния не угодно Богу. Как мало он понял дух Ордена, несчастный! Он призывал умереннее поститься и в последние месяцы болезненно, навязчиво беспокоился о здоровье новиций, то есть юных сестер. Как будто строгое покаяние рождает болезни! Как будто, да простит меня Господь, в обители нет других сестер, кроме двух юных новиций! Софизмы, которыми изобиловали его доводы, были особенно опасны, ибо исходили из уст духовника и гласили, что наше безграничное покаяние – опасная игра, от которой один шаг до самоубийства. Когда Жуной говорил это, через него вещал дьявол».

Гул, поднявшийся в зале при этих словах, прервал сам патер Рубинатс, читая дальше. Жуной почувствовал, как его охватывает глубокая, медленная дрожь. О, если бы он мог прервать ее обвинения! И все же он знал, что, когда придет его черед, не найдет слов или уже не захочет говорить. Секретарь продолжал:

— «Могут возразить, что сестра Розалия умерла от покаяния. Это ложь. Покаяние укрепляет дух и тело. Сестра Розалия справлялась с наложенным подвигом и в самые тяжкие минуты, осознав, до какого греха довели ее невежество и дурные советы духовника, со слезами молила назначить ей более суровую епитимью. Я с радостью согласилась: она начинала постигать истинный смысл нашего Ордена. Да, она совершила проступок. Не мне ее судить – Господь ее простил, и она раскаялась. И все же я прямо обвиняю фра Жуноя: несколько дней новиции следовали его пагубным советам. Они скрыли от меня и от наставницы свои чувства, ведущие к погибели, но открылись духовнику уже после того, как поддались ужасному греху, а он не сделал ничего, чтобы это пресечь. По словам Розалии, он сказал, что понимает их, и велел каяться – и всё. А наставница? А я? Нас он считал пустым местом, будущее монастыря его не заботило. Он должен был посоветовать им открыться общине вне тайны исповеди. Тайны, которую Жуной не замедлил нарушить, когда понадобилось себя защитить. Ничтожный человек… Да, Розалия умерла, но не от чрезмерного покаяния. Бог призвал ее. Я в этом уверена. Ее недолгая, тихая агония сияла покоем, который дает лишь святость и сознание, что она до конца шла предназначенным ей путем».

Мне не дают идти моим путем, я человек без пути, никому не нужный, думал Жуной. Он заметил заговорщические взгляды прокурора, судьи и секретаря, как только речь зашла о сути дела, и опустил глаза. Лучше этого не видеть.

Составлена в тысяча восемьсот восемьдесят восьмом году от Рождества Христова преподобной матерью Мартиной из Льивии, аббатисой по воле Божией на тридцать девятом году настоятельства. Содержит пояснение, вступительное слово, основную часть и заключение. Во славу Господа Иисуса Христа, Сына Божия, нашего Небесного Супруга, жившего, умершего и воскресшего за нас.

ПОЯСНЕНИЕ

Обычаи монастырской жизни издавна передавались от сестры к сестре. Со временем они устоялись, и их не было нужды записывать. Однако настоятельные просьбы Главного капитула, желающего знать традиции подчиненных монастырей для лучшего понимания их различий и особенностей, побудили меня к приятной, но трудной задаче собрать их в книгу. Воля капитула – наша воля. Мы полагаем, что письменное сохранение деталей жизни обители полезно: прискорбно было бы, если бы годы изгладили общинные обычаи и стерли память о ныне чтимых традициях.