Книга Позывной "Ноль", страница 19 – Кристи Хант

Я как раз собиралась возвращаться в машину, к маме, чистая, опрятная и довольная. Мы прощались с гостеприимным хозяином, когда за спиной раздался гром.

— Сэм!

Резко обернувшись, я увидела источник звука, в дверях стоял Морган! Я замерла, так и не донеся руку до воротника жилетки. Следом за ним на кухню зашла одна из тех шикарных девиц в вечернем платье и бриллиантах. Нас она словно не замечала. С абсолютно хозяйским видом она подошла к Ханту, встала перед ним на носочки и интимно прижалась всем телом к голому торсу. Положив ладони на его мощную грудь, она прильнула к самому уху и что-то с придыханием зашептала. Морган коротко, едва заметно кивнул ей. Она начала послушно отходить, но свои руки убрала не сразу: медленно, дразняще, провела кончиками пальцев по его груди и прессу. В этот миг я увидела, как под его смуглой кожей пробежала тяжелая волна — все мышцы на мощных руках, прессе, спине резко, до предела напряглись, каменея прямо на глазах. Но сам Хант стоял неподвижно. Он смотрел мимо девчонки, будто не видя ее и игнорируя кошачьи ласки. Его глаза метали молнии, взгляд стал жестким и колючим, по скулам заходили желваки. Казалось, что он сейчас протянет свою мощную руку и вцепится в шею моему новому знакомому. Сэм вскинул голову, принимая вызов. Он не испугался, не отошел и выдержал взгляд «мужа».

— Плохо следишь за девушкой! Стыдно, Морган! Не можешь сам — оставь ее у меня, я позабочусь.

Во взгляде Моргана пронесся ураган, он дышал коротко и часто, как перед боем, но голос остался ровным и спокойным:

— Был приказ, Самюэль Ридклин — не трогать девчонку! Не нарушай приказ, отдам под трибунал! — Дальнейшего разговора было уже не слышно.

Я осталась в стороне и смотрела на Моргана. Эта картина меня заворожила. О господи! Сколько у него шрамов! Старые, затянувшиеся отметины покрывали руки, спину, грудь, живот. Я смотрела на рваный след на его боку, глубокую борозду на плече и ровную круглую отметину прямо возле ключицы. Мороз по коже драл от одной только мысли, сколько здесь было крови. Боже, как же ему, наверное, было больно!.. Каждая из этих полос когда-то горела огнем. Как будто он был живой мишенью. Кто вообще мог так охотиться на обычного светского мужика, спонсора и простого бабника. Откуда у этого богача столько боевых рубцов? Эти следы не портили общей картины, а наоборот, придавали его внешности дополнительный героический шарм. Широкий, мощный разлет его плеч и лопаток обтягивала плотная, влажная кожа. При каждом глубоком вдохе по ней тяжело перекатывались рельефные, литые пласты мышц. По ложбинке на спине, огибая старый шрам, медленно стекала одинокая капля пота, заставляя мой взгляд неотрывно следить за ней вниз. Когда он резко повернулся, я едва не охнула: его грудь была невероятно широкой, с жестким рисунком мышц, переходящим в плоский, каменный живот. Темная дорожка густых волос ровной линией пересекала этот сумасшедший рельеф пресса и уходила под ремень брюк, которые плотно и очень низко сидели на его узких бедрах, подчеркивая безупречную мужскую фигуру. От него веяло таким сильным, дурманящим теплом, что комната показалась мне крошечной. Эта дикая порода притягивала против воли, заставляя колени подкашиваться.

Внизу живота мгновенно толчком, завязался тугой узел, который тут же отозвался сладостной влагой между ног. Дыхание перехватило, став рваным и частым, а соски под тонкой тканью блузки болезненно, до дрожи затвердели от внезапного электрического разряда. Во рту, как в пустыне, сухо и противно. Я постаралась смочить губы, облизнув их языком, но помогло мало. Что это за эмоции такие? Никогда раньше со мной такого не было. За одну секунду все во мне поменялось, волосы встали дыбом, а непослушные руки потянулись к прекрасному телу. Я быстро заметила движение рук и притворилась, что поправляю прическу. Теперь начинала понимать всех этих девчонок, которые так и жались к Моргану, сама хотела повиснуть на нем и ощутить мощь его мускул.