Книга Неудавшееся свидание, страница 50 – Бет О'Лири

— Ты совсем дошла до ручки, – говорит Фиона, устраиваясь на диване и натягивая одеяло на ноги себе и подруге. – По-моему, ты перенапряглась, любовь моя.

Шивон качает головой, обхватывая руками горячую кружку.

— У меня задержка, – выдавливает она.

У Фионы округляются глаза.

— Ого. – Протянув руку, она берет Шивон за запястье. – Шив, все будет хорошо. Ты делала тест?

Шивон качает головой. В кружку с чаем капает слеза.

— Я такая… – Она пытается найти правильные слова, способные передать то состояние полной, пугающей растерянности, в котором она пребывает. – Я впустила Джозефа в свою душу, – хнычет она как ребенок, сама себя не узнавая. – И что теперь? Где я оказалась? Боже, я совершила такую ошибку…

— Влюбившись в него? – спрашивает Фиона.

— Нет! – Шивон вскидывает голову. Сквозь пелену слез она видит Фиону нечетко, как в тумане. – Нет, я не влюбилась, не влюбилась. Не могла я влюбиться.

— Вот так, не сдерживайся, – подбадривает ее Фиона.

Только сейчас Шивон замечает, что она уже не плачет, а рыдает – судорожно, взахлеб. Почему-то болят ноги. Руки и лицо зудят. Это не просто легкое покалывание – больше похоже на мощное статическое электричество под кожей.

— Ну-ну, может, не стоит так сильно убиваться. – Фиона забирает кружку из дрожащих рук Шивон. – Шив, дыши. Дыши. Посмотри на меня.

Шивон пытается. Фиона выглядит как Фиона, но мозг Шивон словно отказывается ее замечать. Он может думать только об одном: «Мне не хватает сил. Я не смогу снова пройти через это, пережить все это». Эта мысль так объемна, что занимает все пространство в голове, не оставляя места ни для чего другого, даже для Фионы.

— Вдох, выдох, вдох, выдох, – подсказывает Фиона, поглаживая Шивон по спине, но ее дыхание никак не хочет подчиняться – она дышит слишком быстро, заглатывая воздух огромными порциями, и он ударяется о гортань, как какой-то твердый предмет.

— Я… я не могу… – выдавливает она. Как это остановить? Как совладать с собой?

— Ты дышишь слишком часто, – говорит Фиона. – Тебе надо выровнять дыхание. Как в начале медитации, ясно?

Ничего не выходит. Шивон роняет голову на колени и крепко зажмуривается; ее плечи сотрясаются. На долю секунды она вспоминает звук закрывшейся за Джозефом двери, и дыхание учащается еще сильнее – она больше не контролирует свое тело, она находится в свободном падении. Шивон в отчаянии думает о том, как сильно опухнут глаза. Сможет ли она привести их в порядок к первому завтрашнему мероприятию? У нее выступление в школе. Она будет стоять перед аудиторией, и они увидят ее во всей красе – тощую, несуразную.

— Нужно сделать тест, – бормочет Шивон, по-прежнему упираясь носом в колени.

— Хорошо. Тогда давай сделаем.

— Я не могу. Не могу, не могу.

— Я буду рядом каждую секунду. Я пройду через это вместе с тобой.

Шивон не может поднять голову. Чувства захлестывают ее волнами – следующее ужаснее предыдущего, – такое ощущение, что тело переполнено отвращением, которое, подобно чернилам, течет по венам.

— Давай для начала помоем тебя, – наконец говорит Фиона. – Пойдем посадим тебя в ванну.

Шивон позволяет Фионе вести себя за руку: она искренне сомневается в том, что удержится на ногах. С ней происходит что-то ужасное. Она ломается.

— Сегодня мы будем уделять каждому занятию пять минут, – говорит Фиона, стаскивая пропитанную потом блузку с дрожащего тела Шивон. – Как в твоем рабочем графике, только все будет намного проще. Всё. Ближайшие пять минут мы проведем в ванной. Я буду рядом с тобой каждую секунду из этих пяти минут. Мы обсудим новые выпуски шоу Ру Пола. Может, помоем тебе голову, а может, и нет. По желанию.